Стая

— Назревает семейный скандал?

— Это вряд ли, — покачала головой. — Чтобы маму довести до скандала надо постараться. Удивляюсь и восхищаюсь ее терпением. Папа у нас тиран.

— И не тиран он вовсе. — Денис услышал ее глубокий вздох. Судя по всему, вздох несогласия. — Давай вальс l., — внезапно сказал он и сжал крепче ее ладонь. Даже чуть приподнял руку, и Юля четко ощутила, как напряглись его плечи. Еще секунда и он шагнет, исполняя фигуру.

— С ума сошел? — прошептала она шокировано. — Вечно ты для вальса самое неподходящее время выбираешь.

— Давай, — продолжил подтрунивать он, сохраняя невозмутимость на лице. — Повеселим высшее общество. А то смотри, какие все скучные. Сидят, водку пьют и никакого веселья, — говорил он так тихо, что, для того чтобы разобрать смысл слов, доносящихся сквозь музыку, приходилось прислушиваться.

— Прекрати. Или это тебя так мои танцы завели?

— Да с чего это вдруг? — пренебрежительно выдал он, но Юля успокоилась, почувствовав, как он расслабился.

— Вот и я думаю, с чего там заводиться. — Невольно хотелось прижаться к Денису крепче, но она контролировала себя, сохраняя приличную дистанцию. Забавно было при таких чувствах играть полное равнодушие и в голосе, и в движениях: — Вот этот последний. Степа. Фу, имя-то какое противное. Учится в мединституте на патологоанатома. Вообще не пойму, какого черта он туда поперся. У его папы мясокомбинат. Знаешь, как я с этим персонажем весело пообщалась? Я теперь знаю кое-что о технике вскрытия трупа и много всяких других подробностей.

— Ого. Какое рвение. Готов отдать ему должное, он очень старался тебя очаровать.

— Да, пригласил на свидание. — Улыбнулась едва заметно, завидев реакцию Шаурина. Хотя тут и видеть на надо, достаточно скрип зубов услышать. — Я сказала, что подумаю.

— Правильно. Подумай, — вкрадчиво и тихо сказал он, на долю секунды пригнувшись к ее лицу, — только очень хорошо подумай.

— А ты тоже тиран, — усмехнулась она.

— Тебе показалось.

— Но я тебя все равно люблю, — нежно прошептала. — С каждым днем все сильнее. С каждым часом, с каждым поцелуем.

— Юля!.. — попытался ее остановить. Милое признание плавно перетекло в провокацию. А мягкий тон ласкал не только слух, но и, казалось, под одежду забирался. Так что кожа мурашками покрывалась, и в голове сразу всякие ненужные фантазии возникали. Совсем ненужные, если учесть, где они с Юлей сейчас находились. Тело-то не могло не реагировать.