Секретарша для босса (СИ)

Причём, предательский язык снова намертво впился в нёбо, поэтому вышло что-то типа:

- Добжи день!

- Вы... полька? – недоумённо спросил мужчина и распахнул глаза ещё шире.

- Нет, я норжмальная, - снова пропшекала Маша, - Я пржосто ржобею…

Видимо, критерии нормальности Дмитрия Олеговича очень сильно разнились с понятием о ней Елизаветы, потому что большой босс вдруг как-то сильно расстроился, нахмурил свои совершенные брови и пугающе-ласковым чуть хрипловатым голосом попросил селектор привести к нему Лизавету.

Через секунду та появилась на пороге, тем самым, вытолкнув замершую там же Марию Валентиновну в губительный для её сейчашней скромности, почти центр кабинета.

Однако было бы глупо сейчас взвиться, мол, куда прёшь и место занято. Поэтому Мария просто смирилась со свалившейся на неё ролью центра вселенной и замерла под светом прожекторов в, как ей казалось, расслабленной и непринуждённой позе.

- Итак, Елизавета, - обманчиво-тихо начал красавчик, - Что это ещё за игра в контрасты?! Нам захотелось сейчас пошутить? Я прям зашёлся смехом.

Елизавета глубоко вздохнула, набираясь сил, шагнула немного вперёд и, передав почему-то Марии бумаги, несмело выдохнула:

- Вот её резюме. Сегодня у девушки просто не лучший день… Но, если хотите, можем продолжить с «моделями». Там вон ещё две подошли. Такие же голые и тоже с губами…

Эта весть совсем не порадовала неэстета Дмитрия Олеговича, он задумчиво почесал красиво-небритый подбородок, взглянул на потолок, прося у того совета, перевёл вопросительный взгляд на раскорячившуюся в нелепой позе Марию Валентиновну и протянул руку за её резюме.

- Мария Валентиновна… БЛИНЧИК?! – возмущённо прочитал он первую строчку, - Капец!

Обида за папу, за дедушку и такую их прекрасную родовую фамилию придала Маше сил, наполнила рот, наконец-то, слюной, долгожданно отмочив от нёба язык, поэтому девушка довольно чётко сказала:

- Я понимаю, что на фоне здесь побывавшей вереницы Ланских, Бесстужевых и Разумовских мы, Блинчики, явно проигрываем, но, всё же, хотела б заметить, что Ваша манера нападать на беззащитных дам, тоже не делает из Вас Воронцова.

- Да, тут я не прав, - как-то сразу согласился мужчина и взглядом отпустил Елизавету, - Итак… Вы - говорите.

- Я говорю, - не стала отрицать Маша, - А ещё я – бухгалтер. Но лично для Вас, так и быть, могу быть и секретарём.

- То есть, сделаете мне одолжение… - ехидно констатировал тот.

- Именно! Если попросите. У Вас, гляжу, прям филиал «Плейбоя».