Рыцарь ночи и Луна

- Так что, пресветлая санги, ежели приграничные села, то золотой там никто и не возьмет! Сколько уже народу поразорили проклятые шарийцы! – с возмущением рассказывала Грон. - Лет пять назад брат мой двоюродный половину виноградника продал – больно деньги большие предложили! Тогда же еще мало кто знал… Только вот купец тот, что приобрел, земельку-то быстро перепродал, а монеты эти, магией обработанные, сто дней всего и держатся. Братец-то в кубышку полез, а там не золото, а свинцовые плашки!

- Грон, получается в Шарийском Харадже маги получше, чем здесь остались?

- Получается так, пресветлая санги.

Мы еще немного поболтали, но никаких столичных новостей Грон не знала, и я стала готовиться ко сну, попутно размышляя, что в общем-то и целом нам повезло нарваться на достаточно законопослушного трактирщика. В некоторых местах за такую монетку, по словам Грон, местные могли и прикопать тихонечко где-нибудь в леске – слишком большим было нашествие фальшивых денег еще пару лет назад.

"Сейчас же, как утверждала Грон, даже крупные покупки в приграничной зоне оплачивают серебром, а для тех, кто хочет совершать крупные сделки внутри страны, существует сеть контор, куда деньги сдаются на длительное хранение и проверки, и без справки от такой конторы, заверенной магической печатью, больше двух-трех золотых не возьмут даже в столице – опасно это, местные боятся брать золото.

Наряд, который ожидал меня утром, был непривычен, но достаточно красив - темно-синяя юбка, заложенная глубокими, мягкими складками, длиной до середины икр, ярко-голубая блуза с очень пышными рукавами, отделанная нежным белым кружевом по воротнику и манжетам. Сверху одевался широкий корсажный пояс, черный, расшитый толстым серебряным жгутом, плотно шнурующимся сзади. Вещи наши были вычищены и выглажены, сложены в рюкзаки, на место вернули все, кроме золотых.

Войдя в небольшую, уютную столовую, где меня уже ждали мужчины, я поймала восхищенный взгляд Ольгерда, и в груди стало тепло – раньше он всегда видел меня если не замарашкой, то этаким «своим парнем», одетым в удобные брюки, широкие практичные куртки и прочие, нужные в походе вещи.

Еще утром, глядя на себя в зеркало, я очередной раз отметила, что мне досталась не просто симпатичная, а яркая и оригинальная внешность.