Рыжая

Сказав это, он сделал шаг и «споткнулся» о камень, тут же неуклюже рухнув на землю. При падении он задел рукой сам булыжник, явно больно ударившись. Послышалось рассерженное шипение."

"Даже без недавней сцены Джабай больше не верил Кароку. Сложив руки на груди, он поджал губы и требовательно посмотрел на ящера.

Карок мельком глянул на него, будто пытался оценить степень доверия. Заметив взгляд Джабая, он на короткий миг затих, а потом почесал голову. После этого резко поднялся и сел, поворачиваясь в сторону Джабая.

– Совсем нет? – спросил он с наигранной надеждой.

Джабай качнул головой.

– Точно нет? – задал Карок еще один вопрос, просяще заглядывая в глаза напротив.

Джабай остался непоколебим. Он продолжал смотреть на ставшего серьезным Карока, и любому стало бы понятно, что ему требуются ответы.

Сам Карок в этот момент выглядел так, словно его чем-то обидели. Джабай не верил ящеру, поэтому был напряжен. Он понимал, что время обмана прошло, значит, Кароку придется решать, как действовать дальше.

– Ну-у-у, – протянул Карок, а потом резко изменил положение тела. Еще секунду назад он сидел и выглядел полностью расслабленным, а в следующий миг стоял на ногах. – Я пытался, – буркнул он и кинулся вперед с невероятной скоростью.

Глава 26

Джабай увернулся от удара. В этот момент он ощутил облегчение. Ему надоели танцы вокруг да около. Честный бой – это то, что должно было состояться уже давно. Ему изначально не следовало отправляться куда-то с Кароком.

Он пытался быть разумным, действовать согласно представлениям о лучшем выборе, но, как показала реальность, иногда прямота – самое лучшее решение.

Хлесткий удар, которым он попытался достать Карока, нашел лишь воздух. Его противник не был слаб. В любом случае Джабай не собирался недооценивать его, намереваясь действовать так, словно перед ним самый опытный и сильный враг, которого он только мог встретить в жизни.

Краем глаза он заметил, что на поляну высыпали ящеры Карока, и едва сумел увернуться от брошенного копья.

Судя по всему, противники не собирались играть честно. Это и раздражало, и находило понимание в душе Джабая.

С одной стороны, он был возмущен, ведь не дело воинам вмешиваться в бой вождей. Будь на их месте Джабай, вряд ли после такой драки он ощутил бы полное удовлетворение от хорошо проделанной работы.

С другой стороны, разве есть разница, как действовать? Главное ведь победа.