Рыжая

С другой стороны, прошлая жизнь накладывала на нее свой отпечаток. Всё-таки большинство людей в ее прошлом мире относились к смерти крайне негативно.

Немного подумав об этом, Ира решила выбросить Моала из головы. В конце концов, здесь не привычное цивилизованное общество. Да и скорбеть о том, кто хотел причинить ей боль, глупо.

– Спасибо, – поблагодарила Ирина, начиная отстраняться. – За то, что спас.

Джабай мгновенно нахмурился. Он был недоволен собой и своими ящерами. Он не должен был спасать Иру, необходимо было изначально предотвратить возможность ее похищения.

– Я должен был знать лучше, – мрачно произнес он, даже не думая отпускать Иру.

– Мы не боги, всего знать не можем, – тут же ответила она, чувствуя сопротивление. Сначала Ирина подумала, что Джабай просто не понял еще, что она хочет освободиться из его рук, но вскоре стало понятно: мягкое удерживание вовсе не случайность.

Ящер хмуро моргнул и пересказал все события, произошедшие на стоянке.

Ире не нужно было думать дважды. Отец Таи был шаманом. Много знаний он ей не передал, но кое-что Ира все-таки помнила. Например, она хорошо знала, что шаманы пользуются одной травой. Добавляя ее в костер, они вдыхали дым и погружались в некое подобие транса.

Шаман, по его словам, делал это, чтобы иметь возможность взаимодействовать с богами, но Ирина понимала, что эта трава – что-то вроде местного наркотика.

Тая испытывала на себе ее воздействие. И сейчас Ирина могла точно сказать, что дым от нее имел очень сильный снотворный эффект. К тому же трава вызывала у человека легкие галлюцинации, которые можно было принять за обычный сон, который, к слову, всегда хорошо запоминался.

Постепенно те, кто часто вдыхал дым, привыкали к нему и вырабатывали способность противостоять снотворному эффекту. Именно поэтому шаманы не засыпали, а впадали в транс, позволяя навеянным галлюцинациям овладеть их мозгом.

Ира не видела среди группы мужчин хоть кого-то похожего на шамана. Получалось, что тот либо хорошо замаскировался, либо передал секрет травы другим людям.