Рукопись антиквара

– Доктор Мельц! – повторила я громко.

Мне показалось, что из-за двери в дальнем конце комнаты донесся какой-то приглушенный, неразборчивый голос – и я пошла в том направлении.

Вышла в соседнюю комнату – но там тоже никого не было.

Только несколько обитых узорчатым шелком кресел с ножками в виде звериных лап, несколько старинных картин на стенах – здесь это были не портреты, а пейзажи, деревенские виды с фермами под красными черепичными крышами и ветряными мельницами. Еще здесь был высокий массивный шкаф из красного дерева, украшенный изящной резьбой, и еще одна дверь…

Мне ничего не оставалось, как пойти дальше.

За дверью была еще одна комната – судя по обстановке, столовая. Длинный лакированный стол, вокруг него – стулья, у стены – застекленный шкафчик с нарядной посудой. И конечно, картины на стенах, на этот раз натюрморты – груды фруктов, дичь, хрустальные бокалы с темно-красным вином.

За этой комнатой – следующая, видимо, кабинет…

Старика нигде не было.

Я миновала еще несколько комнат – и снова увидела знакомые портреты на стенах, кабинетный рояль, на его крышке – одинокую розу в вазе.

Только теперь эта роза немного подвяла.

Это же та самая комната, куда я вышла с балкона!

Выходит, я уже обошла всю квартиру, так и не найдя нигде таинственного старика…

Но не только его.

Я нигде не видела входной двери.

Не видела двери, через которую можно войти в эту квартиру – или выйти из нее. Мне попадались только двери, ведущие из комнаты в комнату…

Но этого не может быть!

Должно быть, я просто пропустила в спешке входную дверь, не заметила ее!

Теперь я уже не думала о старике – я хотела просто уйти из этой странной квартиры… вернуться домой, в свою собственную жизнь, вернуться к Берри… Хоть жизнь моя в последнее время и незавидная, но собака-то ни в чем не виновата, похоже, что у Берри никого нет, кроме меня…

Я снова прошла в соседнюю комнату, убедилась, что там только две двери.

Из комнаты в комнату – и, так и не найдя выхода из квартиры, через несколько минут я снова вернулась в самую первую комнату – с портретами и роялем.

На этот раз роза на крышке рояля совсем завяла, она потемнела и скукожилась, несколько сморщенных лепестков упали на черную лакированную крышку инструмента…

Странно…

Я взглянула на часы.

С того времени, как я отправилась на поиски доктора Мельца, прошло не больше получаса. Когда же роза успела завянуть?

Ладно, бог с ней, с розой.