Расставание не для нас

– Ты расскажешь мне, что здесь происходит? Давно у тебя этот пистолет?

Она покачала головой.

– Я купила его в среду.

– А ты умеешь стрелять?

– Человек в ломбарде показал мне.

– О господи, – пробормотал он. – В кого ты собиралась стрелять?

Она обмякла как тряпичная кукла. Одно мгновение стояла прямо, но потом, съежившись, упала на диван и закрыла лицо руками.

Это было совсем не похоже на Джесс – падать в обморок и устраивать истерики. Испуганный Рейф сел рядом.

– Джесс, что здесь происходит? Зачем тебе понадобился пистолет?

– Я хотела только напугать его.

– Кого напугать?

– Того, кто звонит. – Она подняла голову и посмотрела на него. Полные слез глаза казались еще больше и еще испуганнее.

– С тех пор как ты уехал, он звонит каждую ночь, иногда два или три раза за ночь.

Лицо Рейфа окаменело.

– Продолжай.

– Он знает, что я здесь одна. Он все говорит и говорит о том, что тебя нет. Он знает, где мы живем, и… он сказал, что приедет за мной… Рейф, – ее зубы стучали, – я больше не могла это вынести.

Он обнял ее и прижал к груди.

– Все в порядке. Теперь я понимаю. Ш-ш. Все хорошо.

– Ничего не хорошо. Он все еще где-то рядом.

– Ненадолго. Мы это прекратим раз и навсегда.

– Как?

– Сделаем то, что давно должны были сделать: нанесем визит Бену Торпу.

– О нет! Я буду чувствовать себя глупо. Обращаться в полицию по такому поводу…

– Ты бы чувствовала себя еще глупее, если бы проделала во мне дырку.

– Прямо сейчас?

– Прямо сейчас. Я разберусь с этим подонком.

Когда они были уже в пути, Джесс достаточно пришла в себя, чтобы поинтересоваться, как у него дела с контрактом.

– Мы были одной из трех бурильных компаний, претендующих на эту работу. Те, кто принимает решения, хотели поговорить с каждым из нас персонально.

Это стало ужасным разочарованием. Он потратил два месяца и массу хлопот, планируя все детали контракта, и все впустую. И что хуже всего – никаких других перспектив не было. Благодаря деньгам Джесс ему хотя бы о финансах не надо было беспокоиться, но его достоинству и профессиональной гордости был нанесен чувствительный удар.

– Мне очень жаль, Рейф. Я знаю, как ты рассчитывал на этот контракт.

Он коротко кивнул.