Проклятие брачного договора

– Так это, я жилец с пятого этажа, – он опасливо косился на все еще лежавший у лифта труп и с любопытством на стоящих в сторонке Бориса и Дину. – Косарев Вениамин Александрович. А что, у нас тут опять кого-то шлепнули? И опять вашего знакомого? – теперь он уже обращался к Дине. – Чего-то не прикольно уже. То грабят вас, то убивают, а мы с вами так запросто. Двери свои не закрываем. А у меня жена беременная. Хоть к родителям ее перевози, пока тут все не закончится.

– Приношу свои извинения за доставленные неудобства, – сухо сказал Борис, и в голове у Дины снова всплыло слово «достоинство».

– Да ладно, вы че. Я ж так, не подумав, ляпнул. Вы заходите, по-соседски, если помощь какая нужна, – начал оправдываться Веня, и Дина в очередной раз подумала, что он, в общем-то, хороший и славный мужик.

Подумала и потянула Борю за рукав. Пойдем, мол. В квартире она молча сварила кофе, поставила чашку перед откинувшимся затылком на стену следователем.

– Простите, а вас как зовут? Я не запомнила.

– Владимир Николаевич, – буркнул тот.

– Может, вы есть хотите, Владимир Николаевич? Давайте вы поужинаете, а я вам все расскажу.

– Давайте, – снова пробурчал тот. – И еще, у вас таблетки от головы нет, раскалывается так, что, кажется, треснет.

– Есть, я сейчас дам. И еду подогрею тоже, – засуетилась Дина. – И все вам расскажу, с самого начала. Нам скрывать нечего, потому что Боря ни в чем не виноват.

– В убийстве Петрова точно, – мрачно сказал следователь, закинул в рот выданную ему таблетку и запил водой из протянутого Борисом стакана, кивнул благодарно. – Вашу машину запечатлели несколько камер видеонаблюдения, так что вы действительно были довольно далеко от дома, когда было совершено убийство. Конечно, окончательно снять с вас подозрения в совершении первого преступления я не могу. В прошлый раз между тем, как вы попали на последнюю камеру, и тем, как был убит Павел Попов, времени у вас было вполне достаточно.

– Мы ничего не скрывали, мы просто не были уверены, – запальчиво сказала Дина, – но сейчас, как мне кажется, мы можем объяснить, из-за чего был убит Павел.