Проклятие брачного договора

Если у Пашки было что-то ценное и оно пропало, значит, его вполне могли из-за этого убить.

– Вы когда-нибудь слышали о его интересе к палеографическим редкостям?

Петров покачал головой:

– Нет, Пашка никогда ничем таким не увлекался.

– И в понедельник, вернувшись из командировки, он был таким же, как всегда? – уточнила Дина.

– Абсолютно. Коротко рассказал мне, как съездил, с поставщиками созвонился, бумаги разбирал, с бухгалтером совещание провел. Он же официально директор, вся управленческая текучка на нем.

– Игорь… Сергеевич, а вы можете по своим каналам выяснить, кто в Череповце мог отдать Павлу старинную ктубу? С кем он там вообще общался?

– Постараюсь, но не обещаю.

– И все же постарайтесь, – Борис взял Дину за руку, давая сигнал, что беседа закончилась. – Вот моя визитка, позвоните, когда что-то узнаете. И если не узнаете, тоже звоните.

– И мне звоните, – вмешалась в разговор Дина, которой не нравилось, что Борис все время перехватывает у нее пальму первенства. Это было ЕЕ расследование, а не его.

– Ладно, будем считать, что договорились, – Петров протянул руку для пожатия, сначала Борису, потом Дине. Рука у него была сухая и крепкая, немного шершавая, видимо, от поводьев. – А я пока пойду любимицу свою проведывать. Я ее тут держу, Вербой зовут. Как суббота, так сюда. Жена смеется, а как по мне, так нет лучшего средства от обыденности, чем лошади.

На том и расстались.

Родители к тому, что Дина не вернулась на выходные домой, как ни странно, отнеслись спокойно. Объяснение, конечно, сходило за таковое с натяжкой, но Дина придумала второй раунд переговоров с понедельника, а также соврала про неожиданную встречу с Борисом Посадским в Москве, а также про наличие у него билетов на какую-то супервыставку.