Принц Ардена

Ненавижу, – кричала она, и только гнев сдерживал слезы обиды и унижения.

Рэндалл отстранился, продолжая сжимать ее запястья.

– Ты не только лицемерка, но еще и лгунья, Аврора. Знаешь, будь моя воля, я бы с радостью вышвырнул тебя из замка. Но ты забыла одну деталь. Наш брак был политическим, а посему мне плевать на твои чувства и желания. Я старался быть добрым по отношению к тебе, но мою доброту ты расценила как слабость.

– Я напишу дяде, расскажу, что ты бастард, и он сам заберет меня.

Угрозы лишь развеселили Рэндалла.

– Я могу сделать так, что ты не передашь семье ни единой весточки. Могу сделать тебя пленницей в собственных покоях, а твой дядюшка об этом даже не узнает.

– Отпусти, мне больно, – прошипела она, и Рэндалл, к удивлению, выполнил эту просьбу.

– Если я тебе так противен, то я могу избавить тебя от своего общества лет на пять и отправить в летнюю резиденцию, – голос был лишен всех чувств. Рэндалл выглядел сейчас не просто уставшим – изможденным. Опустив голову, он упирался рукой в стену рядом с головой Авроры.

– Я согласна. – С этими словами она почувствовала, как у нее забрали нечто очень важное и ценное. – Что я должна сделать, чтобы ты отпустил меня в резиденцию?

Рэндалл поднял голову и грустно усмехнулся.

– По арденийским обычаям, Корвины отправляют туда своих жен, чтобы они вдали от столичной суеты, в тишине и спокойствии, могли заниматься… воспитанием ребенка. – Он наконец-то посмотрел ей в глаза. – Через несколько часов я отправляюсь в военный поход, Аврора, а по возвращении хочу, чтобы ты родила мне наследника.

– Что? – глухо переспросила она.

– Я дал тебе отсрочку в три месяца. Пришло время исполнить супружеский долг. Роди мне наследника, Аврора, и я оставлю тебя в покое.

Аврора не могла понять, шутит ли он, но Рэндалл, казалось, говорил совершенно серьезно. Она впервые в полной мере осознала, что ее муж, как и все остальные правители, был циничным и расчетливым, а в ней видел лишь средство укрепления власти. Маски были сброшены, и единственное, что чувствовала Аврора – это опустошение.

Рэндалл оттолкнулся рукой от стены и отступил назад. Только сейчас она заметила, что на нем были доспехи с изображением ворона на металлическом нагруднике. Чувство тревоги кольнуло сердце, но Аврора продолжала упрямо смотреть перед собой, не позволяя себе переживать за него.

– Если, – прошептала она.

– Что «если»?

– Не когда, а если ты вернешься…

На долю секунды в глазах Рэндалла промелькнула печаль.