Последняя из забытого рода 2. Права и обязанности

То и дело вскидывались вверх кружки, полные браги, пива, сидра…

Руфран с Эльтой сидели за столом с непередаваемым выражением лица, почему-то подумалось, что об этом событие они будут рассказывать своим внукам.

Застолье было шумным и долгим, гномы проявляли старательность и усердие во всём, за что бы не брались.

– Ваше Высочество, можете ли вы уделить мне время? – поинтересовалась я у Кария, остерегаясь называть его по имени при таком количестве народа, но и устав от затянувшегося застолья.

– Отдохнуть с дороги не желаете? – благодушно поинтересовался он у меня.

– Успеется, – отмахнулась от его предложения. В конце концов, я сюда приехала не на курорт, да и не люблю я этой неопределённости, куда увереннее я буду себя чувствовать, когда мы достигнем хоть каких первоначальных договорённостей… тогда и по лавкам можно будет со спокойной душой прошвырнуться.

– Через час в Малом зале собраний, вас пригласят, леди Эйшар, – уважительно произнёс Карий, а я улыбнулась и совершенно отстранилась от происходящего, подбирая в голове правильные слова, которые должны были показать гномам, что я могу предложить им взаимовыгодное сотрудничество, а не просто потребовать помощи во имя исполнения обязательств, принятых на себя в давние времена.

Мысли о странном поведении Нортхэрда и его не менее странных словах и вовсе вылетели из головы, занятой куда более насущными проблемами.

* * *

– Не переживайте, леди Аэрита, у вас всё получится, – остановил мой забег по комнате Виртэн, не выдержав, когда я зашла уже на пятый или шестой круг.

– Угу, – согласилась я с ним, но и не остановилась, время от времени покручивая кольцо на пальце, то самое, в котором безмятежно дрых Хранитель, ну или чем он там занимается обычно в артефакте? Сейчас, как никогда, мне нужен был его мудрый совет или просто поддержка, ну, на крайний случай можно было бы и поприпираться на какую-нибудь тему, только бы снять пронизывающее каждую клеточку тела напряжение перед предстоящим разговором.

Стук в дверь прозвучал, как приговор. Пусть я и ждала его, но всё равно, резко замерев, испуганно посмотрела на виновницу шума, на дверь, то есть.