После расставания. Вернуть Любовь

– Здорово! Да, Вася?

– Ях-х-ха! – тут же растянула дочка ротик, показывая свой единственный зубик. Скоро вылезет еще один, тот самый, из-за которого она мучилась всю ночь, и малышка станет похожа на миленького кролика.

– Я так рад, что Богдан любит Васю, – неожиданно проговорил Глеб так, чтобы слышала только я, впервые затрагивая запретную тему.

– Да, я тоже, – только и смогла выдавить из себя я. Было не лучшее время говорить об этом.

– Знаешь, я тут подумал…

– Глеб, давай не сейчас? Мы ведь договорились оставить серьезные разговоры и просто наслаждаться отдыхом.

– Почему наш разговор должен его испортить? – нахмурился он, доставая из корзины контейнеры с едой и кладя их на одеяло.

– Я не знаю. Но не хочу думать о чем-то и что-то обсуждать. Давай просто наслаждаться этим днем. Поговорить мы всегда успеем. Тем более говорить о чем-то при детях…

– Хорошо, извини, – сдался он, к моему облегчению.

– Спрашивай.

– Мы поссорились? Перед моим падением. Поэтому ты такая отстраненная?

– Глеб…

– Для меня это важно, – повторил он непреклонно.

– Да, но я не хочу это обсуждать. Давай поговорим об этом, когда ты всё вспомнишь и сможешь ответить за ту ситуацию.

– Даже так, – невесело усмехнулся он, качнув головой.

– Именно так, – не стала я щадить его чувства. – Богдан, иди есть, – позвала я мальчика, не желая продолжать этот разговор.

Наложила всего понемногу в тарелку и передала ребенку.

– А тебе клубничку, но сначала снимем эту красоту, чтобы не испачкать.

Взяв из переноски дочку, я стянула с нее сарафан.

– А ей можно? – с интересом спросил Глеб.

– Она ее лишь понадкусает. Главное – делать это под присмотром, – вздохнула я, вспомнив слова врача.

– У нее даже зубик есть! – с энтузиазмом сказал Богдан, приканчивая бутерброд с лососем.

– Ага, а скоро появится и второй, – подмигнула я ему.

– Ях-х! – проворчала дочка, недовольно отбрасывая в сторону ягоду и слезая с моих колен.

– Эй, ты куда? – рассмеялась я, когда дочка поползла по одеялу прямо к Глебу.