Похищенная невеста для мажора

Отодвигает мою ногу и уползает куда-то вниз. – Хочешь, так и скажи.

– Да ничего я не хочу… – уже бессильно откидываюсь на спину, чувствуя, настолько я близка к тому, чтобы сдаться.

– Не хочешь, значит? И если я сейчас стяну трусики, не обнаружу тебя готовой и восхитительно влажной? – проводит он пальцами по кромке моего белого белья.

– Я…

– Ида, ты готова? – не дает мне договорить настойчивый стук в дверь и голос золовки.

– Господи! – издаю я стон и вновь отталкиваю этого придурка, который и не думает сдвигаться с места.

Быстро запахиваю халат, слетая с кровати, стоит ему всё же встать с меня, и несусь к двери.

– Я только душ приняла, – пытаюсь я улыбнуться. – Заур тоже пока не готов.

– Ну ладно, я тогда попрошу пока водителя загрузить подарки в машину, готовьтесь спокойно, – к счастью, не заметив мое напряжение, убегает она.

Глубоко вздохнув, разворачиваюсь, но, к своему облегчению, понимаю, что Юсупова в комнате нет. Ушел в душ.

– Вот и отлично! Пусть там и спускает свое напряжение! – рычу я зло, не в силах поверить, что чуть было не поддалась этому гаду! – Совсем мозги вытекли?! – ругаюсь на саму себя.

Быстро сушу волосы и, сделав укладку, наношу макияж. Платье я выбрала цвета охры, облегающее, французской длины, оно красиво переливалось, очень хорошо контрастируя с моими волосами.

Я была так увлечена сборами, что даже не заметила Заура, который тоже уже успел надеть свои классические брюки и черную рубашку.

– Где твой пиджак? – хмурюсь я, замечая, что он заворачивает рукава рубашки.

– Мне он не нужен, надену куртку, – отмахивается он.

Решаю не спорить, боясь, что он снова начнет приставать. Молча надеваю платок, закрепляя его невидимками, и, надушившись, спускаюсь вниз, прихватив пальто с сумочкой.

– Дочка, ты выглядишь просто потрясающе! – делает мне комплимент свекор, и я улыбаюсь.

– То же самое могу сказать и о тебе, папа!

– А мне комплимент кто-нибудь сделает? – выглядывает в холл Диана.

– Ты просто куколка! – ничуть не лукавлю я, разглядывая золовку.

С тех пор как я вошла в эту семью, я стала совершенно другой. В нашей семье не было принято так открыто проявлять эмоции, обниматься, желать спокойной ночи или доброго утра… Не знаю, что буду делать через пять лет, когда мне придется покинуть их.

Заур

«Приплыли».

Думаю я, когда весь вечер как последний осел пялюсь на собственную жену.