По рукам и ногам

Позволяю Котовскому уложить меня на разложенный диван. Прямо так, укутанную в плед. Подтягиваю под себя зябнущие ноги, когда сверху ложится ещё одно покрывало. А потом он забирается ко мне под оба. Тоже раздетый.

– Иди сюда, – подтягивает к себе, прижимаясь всем своим горячим телом. Только бёдра, кажется, обернул полотенцем.

Я утыкаюсь носом в его горячую шею, сжимаю на груди ладони, и спустя минуту дышать уже получается ровнее, дрожь успокаивается, а тепло растекается по всему моему продрогшему телу.

Мне так хорошо.

Знаю, что он просто по совету Захара согревает меня. Но… кто запретит мне мечтать?

Моя тишина. Спокойствие, которого я была лишена столько лет.

Безопасность.

Глава 17.

Насколько Игорь отдал мне физического тепла ночью, настолько был холоден утром. Отстранён, будто не он сжимал моё обнажённое тело, прижимая голову к собственной груди.

Но я его не могу винить. Он наверняка думает, что я решила свести счёты с жизнью. Это не так, но и сто процентов обратного я утверждать не буду.

Ведь когда вода подхватила меня, я опустила руки. Не пыталась выплыть, вернуться на берег. Доверилась тёмной ночной стихии. Это ли не безволие? А я прекрасно помню, как Котовский рассказывал мне о своей матери. Она ушла из жизни по собственному желанию, не справилась с потерей мужа-алкоголика. Мы редко откровенничали на столь интимные темы, но как-то он сказал мне, что любит мать, но презирает и обижен за этот малодушный поступок. Она бросила их с сестрой, не смогла взять себя в руки ни ради себя, ни ради своих детей. Безволие, да. Так чего тогда я ожидала?

Утром мы выпили кофе и разъехались. Лера перед отъездом отвела меня в сторону и взяла обещание, что я буду звонить и рассказывать всё впредь так, как есть на самом деле. Снова предлагала помощь и поджала губы, когда я напомнила ей, что она обещала позволить мне самой разобраться.

Влад подмигнул и криво ухмыльнулся, а потом растрепал мне волосы на макушке. Может, не такой уж он и засранец. Я уже, конечно, не так обожаю его, как когда видела только на плакатах в подростковом возрасте, но всё равно он классный, и моей подруге с ним повезло.

Миксаевы уехали вечером обратно в Краснодар, но обещали до конца лета приехать ещё раз.

И вот уже почти две недели, как мы видимся с Котовским только на собраниях персонала. Он вручил мне пакет с витаминами, сказав, что это от Зернова, а потом стал тем самым Игорем Владимировичем, которым я увидела его впервые после семи лет.