По праву вражды и истинности

Мне даже дышать стало трудно.

Я жаждала, чтобы Шейла пережила настоящий ад, а не то, что сейчас говорил Харис.

— И ты смеешь говорить такие слова той, которой предлагаешь стать твоей омегой? — спросила на выдохе.

— Ты ожидала иного? — Тайлер еле заметно наклонил голову набок. — Я жажду, чтобы ты была моей омегой и ты ею станешь. Но это не значит, что я буду прогибаться так, как ты этого захочешь. В моей жизни имеется свой расклад, который тебе придется принять.

— То есть, действительно предлагаешь мне войти в твою жизнь любовницей, или второй женой, при учете того, что первая жена будет все так же отлично жить и купаться в роскоши, находясь рядом с тобой?

— Тема Шейлы закрыта, — Тайлер посмотрел на меня так, что по спине пробежал холодок.

Я понимала, что мы вели взрослый, цивилизованный разговор, но сейчас, вместо слов, я подняла руку и показала Харису средний палец. Посчитала, что такой ответ будет наиболее подходящим."

"Меня настолько сильно начинало раздирать изнутри только от одного упоминания Шейлы, что хотелось уничтожить ее немедленно.

— В таком случае я считаю разговор законченным, — проговорила, сквозь плотно стиснутые зубы.

— Дай мне свой телефон, — Тайлер опять посмотрел на меня и взгляд его серых глаз не просто обжигал. Он давил так, что это ощущалось даже на физическом уровне.

— Зачем? — я нахмурилась.

— Запишу свой номер телефона. После этого отвезу обратно к твоей территории.

Я прикусила нижнюю губу. Сильно. До той боли, которая резанула по сознанию.

Желание спорить с Тайлером преобладало, но лишний разговор мог затянуть мое пребывание тут. Или, хуже – довести до того момента, когда Харис скажет, что передумал.

Поэтому, я даже не стала спрашивать, почему он хочет записать в мой телефон свой номер. Чуть что я его в любой момент могу удалить.

Я достала телефон, но спокойно передавать его Харису не собиралась. Еще не хватало, чтобы наши пальцы соприкоснулись. Поэтому, я его бросила Тайлеру.

После того, как альфа закончил, он отдал мне телефон и, разворачиваясь, сказал:

— Садись в машину.

Повторять дважды не следовало.