По праву сильного (СИ)

Ему звонят, отвечая, он немного хмурится.

Я возвращаюсь к нему и слышу завершение разговора.

– Да, уже скоро. Дальше Макс сам разберется. Завтра после обеда выезжаю.

Он продолжает отдавать какие-то распоряжения, а на меня накатывает ступор.

Ящер уезжает.

Все правильно. Все закончилось, и дальше Макс разберется сам.

Наш договор истекает.

Квартира остается у нас, урода, чуть не убившего Лешку нашли и посадят.

И все это лишь ценой моего тела.

Не дорого, в общем-то, как бы это горько ни звучало.

«Не больно-то я перетрудилась», – мысленно хмыкаю я.

Зато теперь я на собственном опыте знаю, как происходит смена ценностей и моральных установок при расставлении приоритетов.

Денис уезжает. Завтра. После обеда.

И, значит, уже завтра я заживу своей обычной жизнью. А может и сегодня.

Никаких стрессов, только обычная жизнь.

Почему же я чувствую себя… обиженной? Даже обделенной?

Он требовал расплатиться телом, угрожал своим темпераментом, и что? Просто уедет.

Я возвращаюсь в реальность из своих нелогичных мыслей и замечаю, что Гордеев закончил телефонный разговор и смотрит на меня своими невозможными глазами.

– Ты в порядке? – спрашивает он, и я понимаю, что он неправильно интерпретирует мое состояние.

Хочется треснуть его, вцепиться в непроницаемое лицо и крикнуть: «Нет, не в порядке! И все из-за тебя!».

Но он не поймет. А если поймет, будет только хуже. У меня еще сохранились остатки гордости.

– Да, вполне, но я хочу домой.

Прищурившись, Денис вглядывается в мое лицо, видимо, пытаясь прочитать что-то на нем.

– Ну хорошо. Домой так домой, – цедит он. – Но ненадолго.

Вскидываю на него удивленный взгляд.

– Почему ненадолго?

– Потому что пришло время расплачиваться за услуги, Ксюша.

– Как скажешь, – поджимаю я губы.

Вот только что злилась на одно, а теперь меня бесит обратное. Гордеев, ты – бесчувственная скотина! Чурбан!

– Послушная, – недовольным тоном высказывает мне непонятную претензию.

Как он всегда умудряется все испортить? Растоптать любые зачатки хорошего к нему отношения?

Денис зло наматывает на меня обратно шарф, который я распустила, когда мы вошли в теплое здание больницы, цепляет за руку и ведет за собой на выход. Я еле успеваю за его стремительным шагом, если он прибавит скорости еще хоть чуть-чуть, я буду за ним полоскаться как белье, позабытое на веревке в ветреную погоду.