По дороге на Оюту. Наперегонки со временем

Юла изобразила что-то невнятное руками, но я поняла.

Расфуфыренная, значит.

Это почему-то разозлило. Сжав в руках ""МейкАп"", я стиснула зубы. Всё-таки задели меня слова этого хвостатого. Я не девка, и никогда ею не была. Да, я танцую в баре и с разносом между мужиками бегаю, но это не даёт ему права считать меня бордельной девочкой. Я не расфуфыренная: макияж - это вынужденная мера.

- Мама, - детская ладошка опустилась на мою руку. Внимательный взгляд ярких голубых глаз напомнил мне о сестре. Юла была похожа на свою родную мать.

Сжато улыбнувшись, я принялась объяснять ей, как это настраивается. Мы сняли с себя голографические маски и вовсю экспериментировали, создавая новые образы. Перед нами вспыхивали наши лица в том или ином прикиде.

Сбоку тихо зашипела открывающаяся дверь.

- Нашла чему ребёнка учить. Сама размалёванная так, что с вархом спутать можно, и девчушку туда же.

Подняв голову, я впилась взглядом в миранца, стоявшего с двумя контейнерами с бульоном в руках.

- Мой ребёнок. Чему хочу, тому и учу, - проворчала я, уязвлённая его замечанием.

- Лучше бы сказки ей почитала, да буквам научила, - продолжал ворчать мужчина.

- Мама в школу не ходила, она букв не знает, - выдала Юла.

Я смутилась. Как это не знаю, ничего себе у дочери обо мне мнение.

- Юла, - я прищурилась, глядя на своё чадо, - ты что такое говоришь?!

Не посещала я уроков, конечно, но читать и писать-то умею.

- Но ты не ходила в школу, и я не пойду, - сложив руки на груди, моя пигалица выпятила вперёд подбородок, - это для дураков.

- Пойдёшь, - строго выговорила я. - И учиться будешь.

- Нет, это для легалов, а я работать буду, - и вид такой умный-преумный. Вот только несла она откровенную чушь.

- Откуда ты этого нахваталась, - не выдержала я. - Будешь мне такую ересь нести и обзываться, я тебе рот с дез.средством вымою. Ясно?

Поджав губки, эта умница-разумница и вовсе отвернулась от меня в знак протеста.

- Знаешь, а дядя прав, - прищурившись, я бросила взгляд на миранца и достала из рюкзака планшет, - будешь буквы учить.

- Не буду, - огрызнулась моя мелочь.

- Это почему? - я тихо закипала. Распустила я её. Воспитанием тут и не пахнет. Росла как сорняк и вот результаты. Собственного ребёнка не знаю.

- А Герн сказал, что я скоро умру, и мне не нужно учиться, - выпалила Юла.

Открыв рот, я беспомощно посмотрела на миранца. Тот, поморщившись, положил контейнера на койку. А после, молча, развернулся и вышел.