Пленница Зверя

Но спустить я был обязан, иначе бы напряжение в паху меня окончательно рассудка лишило.

Только это все для меня – как мертвому припарка.

Уже через пару часов я снова проснулся на все готовый. В бар спустился, накатил пару бокалов виски, но отвлечься это почти не помогло. В шесть утра я уже с торчащим концом новый день встречал.

Черт меня дернул посмотреть на нее.

Лежал бы себе спокойно, отвлечься пытался. Нет же. Мельком голову на сучку повернул – и все, все мысли из башки за секунду испарились.

Милана лежала ко мне попкой в маленьких свободных шортиках от пижамы, что я купил.

Повернулся в ее сторону и руку под ткань снизу запусти. Обхватил сладкую булочку ладонью. Она в ней поместилась целиком, будто под лапу мою и заточена. Теплая. Мягкая. Бархатистая.

Но я кожу нежную под пальцами почти не ощущаю. Они у меня шершавые, и не чувствительные давно. К ласке непривыкшие.

Я баб жестко брать люблю. Резко на себя насаживать. Тело их в ладонях как пластилин сжимать.

Я даже дышать боялся. Разбудить недотрогу не хотелось. Насладиться ей не спеша желал, без нервяка, без глаз этих бездонных, что на меня с испугом вселенским смотрят.

Милана не проснулась, пока я задницу ее маленькую в ладонях мял. И я решил дальше пойти. Меня похоть вела грязная. Одержимость ебучая.

Шортики спустил. Оголил белую попку. Она на удар напрашивалась. Захотелось, чтоб раскраснелась под натиском моих ладоней.

Но я очень неуместно след на ее щеке вспомнил. Озверел прямо.

Если бы мразь раньше времени не сдохла, я бы его страдать заставил за то, что мою девочку ударить посмел. Истязал бы до тех пор, пока он не стал бы молить о смерти.

После всего пережитого Милана спала крепко. Фактически карт-бланш мне дала на ласки.

Я пальцы к промежности спустил. Гладить начал. Она прямо светила передо мной маленьким розовым бутоном, устоять невозможно было.

Я дразнил дырочку, кнопку ее погладил.

Я влагу по складкам разнес, и поднялся к попке. Нажал на тугое колечко влажным пальцем. Девчонка, сладко выдохнув, подалась мне навстречу.

Блядь! Это последним толчком стало к тому, что я снял трусы и членом по складкам ее скользнул.

Двигаться между ними стал, но вскоре всякую сдержанность потерял. Окончательно слетел с катушек."

"В этот момент я понял, что меня больше ничто не остановит.