Пленница Зверя

Вздрагиваю, но пошевелиться не могу, пока он легонько, одними пальцами, по кругу гладит упругий холмик."

"– Я дал тебе шанс доказать свою покорность, но ты не оправдала моих ожиданий, детка, хотя я четко дал понять, что шутить со мной нельзя... Так, может, в этом и был твой план? Намеренно ослушаться, чтобы получить наказание? – сильные пальцы сжимают сосок, который, к моему удивлению, напрягся и стал твердым.

Вскрикиваю от боли, но есть что-то еще, что-то такое, чего я пока не смогла понять, что пронзает тело незнакомым предвкушением.

– Ты ведь даже белье не попросила надеть, маленькая. Но это правильно... Не люблю белье. Люблю покорных обнаженных шлюшек, которые по первому требованию подставляют ту дырочку, на которую укажешь, еще и умоляют трахнуь их туда. Ты же будешь умолять, детка?

В одно мгновение Зверь переворачивает меня спиной к себе. Все так же вдавливает в дерево, но на этот раз, наваливается всем телом, даже не продохнуть, а о возможности выбраться и речи нет.

Упирается каменным стояком мне в попку. Огромным и твердым. Не знаю, может, у страха глаза велики, но мне кажется, будто туда толкаются здоровенной дубиной, а не мужским возбужденным органом.

– Не повезло тебе, мелкая, я сегодня еще не трахался и пиздец какой голодный! Порвать ведь могу...

Испуг становится таким сильным, что наружу вырывается панический вопль, а в голове всего лишь одно желание – спастись.

Глава 5

Даян

– Пожалуйста, – молит беглянка. – Больше не сбегу, обещаю. Только отпустите. Отпустите, пожалуйста... – половину слов девчонка бормочет себе под нос, ни на шутку перепугалась. – Буду слушаться. Смирно сидеть. Молчать буду...

Ага. Как же! Решила сбежать раз, попробует и снова, как только эмоции схлынут. Лишь последовательные и методичные наказания смогут сделать из нее покорную девочку, вытеснят из головы глупые мысли о побеге. А я могу быть очень, очень убедительным.

Все это было гребаной иллюзией.

Когда нагнал Ворошилову в лесу, и придавил к дереву, по телу точно электрический разряд хуякнул. Все внутри напряглось, а в штанах член и вовсе был готов прорвать плотную ткань. Трахаться до боли в яйцах захотелось.