Пари, миледи?

— Ну, думаю, чертеж летательного аппарата, который, как мне известно, уже закончен, мог бы обеспечить мое молчание, — невозмутимо произнес Каллеман.

— Эрик! Ну что ты такое говоришь? — Возмутилась Эви и посмотрела на нас с Рольфом. — Не слушайте вы его. Ничего вам не грозит. Эрик никогда в жизни не выдаст подобную тайну. И я тоже, — поспешно добавила она и, повернувшись к мужу, потребовала: — Эрик, поклянись!

— Ну что тут будешь делать? — Притворно вздохнул Каллеман. — В кои-то веки решил оправдать звание продажного полицейского, так и тут родная жена вмешалась.

Ладно, клянусь.

Он начертал в воздухе знак магической клятвы и произнес ее вслух, а Эви торопливо повторила его слова.

— Но чертеж все равно отдашь, — непреклонно заявил Каллеман, посмотрев на Рольфа с усмешкой.

— Вымогатель, — хмыкнул мой муж. — Я и так собирался его тебе отдать.

— Я вот только одно не пойму, а как он понял, что леди София может найти грот? — Спросила Эвелин.

— На приеме Форц выяснил, что леди София тоже обладает силой эри.

А тут, в замке, за миледи следил Редвик, — ответил Каллеман. — Думаю, именно он натолкнул своего хозяина на мысль, что леди София способна привести его к гроту.

— Поэтому он все время со мной сталкивался в самых неподходящих местах, — согласилась я.

— А убитые девушки? — Спросил Рольф.

— Когда мои люди обыскали комнату Форца, они нашли вот это.

Каллеман достал из кармана свернутую вчетверо бумагу и протянул ее моему мужу."

"— Найти Грот — всего лишь полдела, — развернув листок, прочитал тот.

— Несметные сокровища хранятся в его недрах, но достанутся они только тому, кто сумеет открыть Разлом. Жертва истончает защиту, и чем их будет больше, тем скорее удастся открыть запечатанное. С каждой новой жертвой вероятность открытия подземного хода, ведущего к Разлому, увеличивается. Если верить старым записям, то оптимальное число — семь. Семь жертв, полный круг.

Рольф поднял глаза, и я невольно подалась вперед. Сердце тревожно сжалось.

— Это написано рукой Форца. Эрик, я убью мерзавца.

Рольф говорил ровно, даже бесстрастно, но в его глазах бушевало пламя, а еще в них плескалась боль.

— Рольф.

Я сжала ладонь мужа, пытаясь оттянуть часть этой боли на себя, и едва не захлебнулась от отчаяния, хлынувшего на меня бурным потоком. Правда, уже спустя секунду муж закрылся и отсек эмоции.

— Я не стал глубоко копаться в мозгах Форца, — негромко сказал Каллеман. — Но та старая история со взрывом и гибелью твоей семьи оказалась на поверхности, и я ее увидел.