Перворожденный

Ты что, из тех людей, кого алкоголь заставляет ныть и чувствовать себя самыми несчастными в мире? — Катрина пожала плечами, смотря куда угодно, только не на него. — Ты умная, ты красивая, десятки мужчин еще будут биться за твое сердце. Посмотри на меня. — Он протянул руку и повернул ее лицо к себе за подбородок. Катрина не сопротивлялась. — Ну? — Заглянул в глаза. — Откуда эта низкая самооценка? — А потом приблизился и коснулся ее губ своими.

Это было не так, как с Джошуа, а тепло и нежно. В первое мгновение Катрина растерялась, потом ответила.

Катрина несмело коснулась его волос, провела ладонью, пропустила между пальцев. Он поцеловал более требовательно, с напором, уже не так нежно, но все равно потрясающе.

А потом Нэйт прервался, прижался своим лбом к ее лбу и тихо поинтересовался:

— Что, кто-то уже пьян?

Напротив, еще никогда в жизни ее голова не была настолько ясной.

Катрина облизнула вмиг пересохшие губы и прошептала:

— Ни капельки. — А потом осмелела и первой потянулась к нему.

Что бы ни случилось дальше, этой ночью она хотела быть счастлива. По крайней мере, ей будет что вспомнить.

Одна ее рука запуталась в его волосах, вторая лежала на его груди, и Катрина чувствовала, как участилось его дыхание. Он по-прежнему держал ее лицо в ладонях и больше нигде не касался.

Катрина хотела большего.

— Стоп. — Нэйтан прервал поцелуй, тяжело дыша. — Госпожа Целомудренность, вы что творите?

Катрина и не думала смущаться.

— Впервые в жизни понимаю Эрику перед свадьбой с незнакомцем.

Брови Нэйтана поползли вверх.

— Мы точно говорим с тобой об одном и том же? — осторожно поинтересовался он. — Потому что, если я понял тебя неправильно, будет чертовски неловко.

Катрина смотрела ему прямо в глаза и ни капли не сомневалась в своем решении, своем выборе.

— Ты понял правильно, — ответила уверенно.

Он больше ничего не сказал. Поцеловал снова, настойчивее и, наконец, прижал ее к себе, а рука опустилась вниз и потянулась к поясу от халата.

Катрина помогла его развязать…

* * *Катрина проснулась и несколько минут просто лежала с улыбкой на губах. Солнечный свет падал на лицо, добираясь до нее даже сквозь закрытые веки. В теле была непривычная ломота, но такая приятная, что эти ощущения хотелось продлить.

Наконец она открыла глаза.