Перворожденный

Оба, и Финистер, и Кнот, возмущенно округлили глаза — похоже, горе-мастер и правда был у них на хорошем счету.

— Я уже говорил и готов повторить снова, — продолжил Нэйт прежде, чем услышал очередной поток возражений. — Мне нет дела до столицы, короля, его сына, бедного Тода и несчастной Анжелики. Но я дал Эрику слово и намерен его сдержать. Участвовать в допросах со мной в главной роли я не намерен. — Он встал, отодвинув стул. — Я сейчас выйду и подожду за дверью, а вы обсудите, стоит ли брать во внимание мои слова и видения, полученные из памяти Шингли.

Нэйтан развернулся и вышел в коридор, прикрыв за собой дверь."

"Он предполагал, что в столице придется иметь дело с Инквизицией, но, если его ей выдадут Финистеры, ради наследника которых пришлось рисковать своей жизнью, это будет настоящее свинство.

Нэйт оперся спиной о стену, сложил руки на груди и приготовился ждать, сняв большинство блоков и прислушиваясь. Однако то, что в Элее он не почувствовал и не увидел инквизиторов на расстоянии, уверенности и хорошего настроения не прибавляло.

Ждать пришлось минут десять. Либо в кабинете была отличная звукоизоляция, либо находящиеся там не шумели, но Нэйтан не услышал ни звука. Мог бы легко и незаметно подслушать с помощью магии, но не стал. Иначе его уход в коридор был бы показной фальшью.

Дверь приоткрылась, и из кабинета выглянул Эрик.

— Я боялся, что ты ушел, — виновато пробормотал он. — Ты извини за это…

— Вы договорились, или я все же могу идти? — нетерпеливо спросил Нэйт, не став реагировать на извинения.

— Договорились, — Эрик шире распахнул дверь, — заходи.

* * *— Итак, — мрачно подытожил старший Финистер, — обвинения в адрес наследника слишком серьезны. Если все это правда, мы не можем пустить все на самотек.

Ожидаемо, разговор продолжился только после того, как хозяин кабинета извлек из ящика стола магическую свечу и настоятельно попросил всех присутствующих поклясться над ее синим пламенем в том, что произнесенное в этой комнате никогда не выйдет за ее пределы.

— Именно об этом я и толкую, — проворчал Эрик.

Отец в очередной раз не обратил внимания на его слова.

— Жорес, что думаешь? — обратился он к шурину.

Лорд Кнот помолчал, прежде чем ответить.

— Похороны завтра, — сказал он наконец. — Коронация через неделю.