Отомщенный любовник

Им рассказали это на тренировках. Когда дело касается симпатов, ты либо докладываешь о них, чтобы тех депортировали, либо тебя обвиняют в соучастии. Все предельно ясно.

Вот только что тогда произойдет?

Да, чего тут думать. Хекс отошлют, как мусор в бак, и ее ждет отнюдь не радужный конец. Было ясно, что она полукровка. Он видел фотографии симпатов, и она совсем не похожа на тех высоких, тощих, противных сукиных детей. Поэтому велики шансы, что ее убьют в колонии, потому что, насколько ему было известно, симпаты, они как Глимера, когда дело доходит до дискриминации.

Не говоря уже о том, что им нравилось мучить тех, над кем они издеваются. И не на словах.

Какого черта он натворил…

Задрожав от холода, он зашел в дом и сразу поднялся по главной лестнице. Двери в кабинет были открыты, и он услышал голос Рофа, но не стал останавливаться, не желая встречи с королем. Он продолжил свой путь, завернув за угол в коридор со статуями.

Но он шел не к себе.

Джон остановился перед дверью в комнату Тора и помедлил, чтобы пригладить волосы.

Ему нужна помощь. Очень нужна.

Джон тихо постучал.

Ответа не последовало. Он постучал снова.

Пока он ждал и ждал, то посмотрел на панели двери и вспомнил последние два раза, когда врывался в комнату без приглашения. Первый был летом, когда он завалился в спальню Кормии и нашел ее обнаженной и свернувшейся на боку, кровь стекала по ее бедрам.

Второй – сегодня, с Хекс. И посмотрите, в какой ситуации он оказался.

Джон постучал сильнее, так, что можно было поднять мертвеца из могилы.

Нет ответа. Даже хуже – вообще никаких звуков. Ни ТВ, ни душа, ни голосов.

Он сделал шаг назад, чтобы посмотреть, видно ли свечение из-под двери. Неа. Значит, Лэсситера там нет.

Медленно открывая дверь, он из-за страха с трудом сглотнул.

Там тоже никого не было.

Странная, головокружительная надежда загорелась в его груди, когда он вернулся в холл. Посмотрев по сторонам, он решил начать со спальни Лэсситера.