Отомщенный любовник

Трэз сунул пистолет в кобуру.

– Что случилось?

– Я бросил телефон.

– Да. Конечно же. Потому что он весит достаточно, чтобы сделать из него… эй, полегче, вот так. – Трэз поймал его, когда Рив попытался встать. – Ну и куда ты собрался?

– Мне нужен душ. Мне нужно…

Еще больше мучительных сцен с принцессой всплыло у него в голове. Он видел, как изгибается ее спина, и та красная сетка сползает с ее задницы. Видел себя, вошедшего глубоко, врезавшегося в нее до тех пор, пока собственное копье не заперло его там, чтобы семя растеклось внутри нее.

Рив прижал к глазам кулаки:

– Мне нужно…

О, Боже… Он кончил, когда был со своей шантажисткой. И не единожды, а раза три или четыре. По крайней мере, шлюхи в его клубе, ненавидящие то, чем занимаются за деньги, могут успокоить себя тем, что не получают от этого удовольствия. Но мужская разрядка говорит сама за себя, так ведь?"

"Рвотный рефлекс Рива усилился, и он в панике, скрючившись, потащился в ванную. Овсянка и тост преуспели в попытке освободиться, и Трэз стоял в это время рядом, держа его над унитазом.

– Ляг, – сказал Трэз.

– Нет, душ…

– Ты не в той форме…

– Я должен смыть ее с себя! – Голос Рива разнесся не только по его спальне, но и по всему дому. – Черт возьми… я терпеть ее не могу.

Этот момент точно относился к разряду «ну ни хрена се»: Рив был из тех, кто не попросит спасательный жилет, даже утопая, и он никогда не трепался о соглашении с принцессой.

«И тебе это даже нравится», подметил внутренний голос. «Когда ты с ней, тебе не нужно извиняться за свою сущность».

Отвали, сказал он сам себе.

– Прости, что наорал на тебя, – хрипло сказал он своему другу.

– Забей. Не виню тебя. – Трэз осторожно поднял его с кафеля и попытался подвести к ванне.

Рив наклонился к душу.

– Погоди, – сказал Трэз, отдергивая его. – Сейчас сделаю воду теплой.

– Я ее не почувствую.

– У твоей температуры и так проблем достаточно. Просто стой тут.

Когда Трэз наклонился к мраморному душу и включил воду, Рив посмотрел на свой член, болтавшийся между ног. Он казался чьим-то чужим, и это было хорошо.

– Ты понимаешь, что я могу убить ее ради тебя, – сказал Трэз.