Отсроченный шанс, или Подарок из прошлой жизни

Нет, разумеется, их работу никто не отменял, но так как-то само собой сложилось, что поздним вечером, после службы, Кедров, предварительно позвонив со своего зашифрованного номера, приходил к Алисе домой. И стоило захлопнуться двери за его спиной, как они оставались вдвоем, в только им принадлежащем пространстве, оставляя за его рамками весь мир с его суетой.

Один поцелуй – и уже ничего, кроме их единения, не имело значения.

За два вечера и две ночи они ни разу не обсуждали свое прошлое, не расспрашивали друг друга и не обменивались историями о тех годах, что прожили порознь, и уж тем более не говорили о возможном будущем.

Только два вечера и две ночи.

– Так, – недовольным, требовательным тоном заявил Кедров вечером третьего дня, положив перед Алисой на стол какой-то очередной документ, – подписывай давай.

– Это что?

– Подписка о неразглашении государственной тайны, – объяснил Кедров.

– Вот те крест, Денис Григорьевич, никакой такой тайны не знаю, – поклялась Алиса, сделав страшные глаза.

– Так узнаешь. – И приказал сурово: – Подписывай, шантажистка. И идем.

– Куда?

– Пройдемся, погуляем, – ответил как-то не слишком определенно он.

Ну ладно, погуляем так погуляем, дело хорошее. Алиса прочитала документ, перепроверила свои данные, указанные в нем, и поставила подпись.

– Телефончик лучше оставь. Зачем он тебе?

– Что, все так… – покрутила она рукой неопределенно, – серьезно?"

"– Идем, – не ответил Кедров, распахивая перед ней дверь.

– А ты не перегибаешь, Денис? – посмотрела на него с легкой тревогой Алиса. – Или это уже профессиональная деформация?

– Да хрен знает, может, и деформация, какая разница.

Они действительно гуляли, медленным, размеренным шагом прошлись по скверу и дальше-дальше, между домов через весь квартал к скверу побольше, повернули и так же медленно двинулись в обратном направлении, продолжая разговор. Точнее, Денис рассказывал, а Алиса слушала, изредка задавая уточняющие вопросы.