Опекун для дочери бывшей. 1 часть

– Сейчас внимательно, дорога будет проселочной и неровной, – предупредил Марат и свернул с асфальта.

Надя беззаботно отмахнулась, чувствуя себя чуть ли не лучшим в мире гонщиком. Но очень скоро пожалела о своем бравурстве. На кочках сильно трясло, а руль так и норовил вырваться из рук.

– Марат, не так быстро, страшно, – взмолилась она, отчаявшись справиться с его скоростью.

– Не бойся, если что я рядом.

Надежда искусала все губы, пытаясь удержать равновесие на неровной дороге.

– Мы почти на месте, смотри направо, – донесся до нее голос Марата.

Она вскинула голову и увидела озеро неописуемой красоты. Засмотрелась и, не справившись с управлением, полетела на траву, больно шваркнув по ней коленом.

– Ай, – вскрикнула и задрала штанину, рассматривая масштаб трагедии. Всего лишь кожа немного содралась, щипало, но не смертельно.

– Живая? – Марат почти сразу оказался рядом, со знанием дела осматривая место происшествия.

– Да. – Надежда часто вдыхала и дула на коленку. – Сама виновата. Отвлеклась на потрясающий вид.

– Ну ты даешь, – покачал он головой, пошарился по округе и нашел подорожник, помял его в ладони, чтобы выступил сок, и отдал ей. – На вот скорую помощь.

– Подорожник. – Она улыбнулась и приложила к ранке. – Спасибо.

– Ну и напугала ты меня.

– Извини. – Надя виновато опустила глаза. Глупо как-то все вышло. Навернулась, как маленькая.

– Да ладно, – отмахнулся Марат и протянул ей руку. – Идти сможешь?

– Вроде да.

Помог встать и на всякий случай осмотрел ее на наличие других повреждений.

– Прошу, завтрак подан. – Галантным жестом он пригласил ее к импровизированному столу.

– Спасибо.

Надежда осторожно опустилась на покрывало и взяла бутерброд.

– Как же здесь красиво, – завороженно прошептала она, пытаясь окинуть взглядом как можно больше пространства.

– Хочешь, в следующий раз возьмем? – с готовностью предложил Марат, безошибочно считав ее волну.

– Очень хочу. – Надя не заметила подвоха. – Мне так понравился этот пейзаж.

– Ну и заметано.

Дожевал свой бутерброд, он откинулся на спину и заложил руки за голову. Бесцеремонно рассматривал Надежду и пытался понять, что в ней такого. Она была какая-то другая, не такая, как все.