Опекун для дочери бывшей. 1 часть

Из машины неожиданно вышла Лика. По-хозяйски взяла Кира под руку и потерлась о его плечо, как кошка. Осознание медленно приходило к Надежде, значит, вот у него какие важные дела… Дыхание перехватило, а сердце защемило от незнакомого ранее чувства. Она резко отпрянула от окна, не хотела видеть всего этого. Почему-то стало больно, обидно и как-то гадко.

Головой Надя понимала, что они семья и то, что видела, обычное дело между мужчиной и женщиной, которые любят друг друга, но отчего-то не могла принять эту правду.

"Из коридора послышались голоса и женский смех. Надежда догадалась, что они идут в свою комнату… От этих мыслей ее аж затрясло, а на глаза вновь набежали слезы. Не хотела ничего слышать и чувствовать. Закрыла уши ладонями и зажмурилась, но упрямое сердце не желало успокаиваться.

Она не понимала, что с ней происходит, и не знала, как все это прекратить, а спросить было не у кого.

* * *

Войдя в комнату, Кирилл устало опустился в кресло. Хотелось просто закрыть глаза и ни о чем не думать, но Лика явно жаждала продолжения. Приглушив свет, она скинула туфли и подошла ближе, соблазнительно виляя бедрами.

– Помоги, – томно попросила и повернулась спиной.

Кир потянул за бегунок, скользя по обнажаемой коже взглядом, но не почувствовал привычного напряжение в паху и нахмурился.

Лика небрежно повела плечами, скидывая с себя ткань, затем качнула бедрами, и платье опустилось на пол, оставив ее в одном сексуальном белье.

Он нервно сглотнул, видел перед собой идеальное женское тело, умело упакованное в красивую обертку, призванную будить желание, но не испытывал и толики того, что должен был. Так устал от постоянного нервного напряжения, что даже мысли о сексе не вызывали в нем эмоционального подъема.

– Ты сегодня какой-то не такой, – прошептала Лика.

– Устал очень… – ответил он уклончиво.

– Я помогу тебе, – промурлыкала она и, словно почувствовав неладное, перешла в атаку. Заскользила ладонями по его плечами и груди, мягко массируя и расслабляя. Ловко справилась с пуговицами на рубашке и, распахнув ее в разные стороны, принялась гладить горячую кожу, едва ощутимо впиваясь коготками.

Кир прикрыл глаза, полностью отдавая ей инициативу и стараясь расслабиться.