Незапертая дверь

Ездил в лес за грибами, на речку порыбачить, а мать все вздыхала: если бы это случилось пораньше, какая бы у них была хорошая жизнь!

Полгода отец ковырялся со стареньким «москвичонком», и надо же, тот запыхтел, поднатужился и, гремя и скрипя, проехал километров пять, после чего, конечно же, встал. Калеганов отогнал старый «москвичонок» на свалку и пригнал из салона новую машину.

Отец страдал по обеим. Старую было жалко, а новую – «Да как я на ней, Дим? Я к такой не привык. Да и вообще страшно!»

Но поменять мебель, а уж тем более квартиру родители не дали: «Еще чего! Мы привыкли, нам хватает, и нас все устраивает».

Даже ремонт сделать не позволили – Калеганов скандалил, боролся, а потом плюнул. Черт с вами, как были совками, так и остались, не приучены жить по-людски.

Да что ремонт! Поехать за границу уговаривал года три! Какая там заграница – в родные российские Сочи и Ялту ехать не хотели, а уж про Турцию и говорить нечего – уперлись и ни в какую. Ни Египет, ни Турция, так обожаемые российскими туристами, их не прельщали.

Но позже произошла забавная история – Калеганову удалось вытащить их в ту самую итальянскую деревушку.

И кто мог подумать, что родители полюбят маленький Адин домишко с черепичной крышей, и вишневый сад, и озеро. Но главное и самое забавное – они подружились с местными жителями и даже понимали друг друга.

Со старостой Сильвио отец ходил на рыбалку, его говорливую жену Софию мать учила печь пироги, а та, в свою очередь, учила мать катать тесто для любимых макарон пенне. Через полгода Калеганов предложил старикам остаться в деревушке еще на какое-то время и удивился, когда они согласились.

Спустя время Калеганов их навестил и, надо сказать, был поражен – его туляки были счастливы.

– Здесь все как дома, – смеялась мать. – Ну или почти все. Нет, конечно, красивее, и рыбы в озере больше, чем в нашей Упе и даже в Оке.

На старом, видавшем виде джипчике отец гонял по окрестностям, мать развела огород, в доме пахло жильем и пирогами, и Адина могила утопала в цветах.

Через какое-то время у Калеганова появились женщины. Нет, никаких романов – как говорится, исключительно физиология.