Нерушимый 7

Давно себя так паршиво не чувствовал. Все бесило. И выходной, и жара эта липкая, и приметы осени на деревьях. Выйдя на улицу, я ощутил чей-то взгляд, напрягся, заозирался, вспомнив об охоте на одаренных.

— Саша! — окликнула меня Дарина с балкона — я остановился, запрокинув голову.

— Вернись. Я помогу.

День сразу заиграл новыми красками.

Глава 7

Забудь, что видел!

— Я не гарантирую результат, — в который раз повторяла Рина, примеряя недавно купленный медицинский халат.

Она надела колпак, спрятав под него волосы, затем — маску, очки, посмотрелась в зеркало.

— Есть кроссовки на платформе? — спросил я.

— Босоножки, — сказала она, снимая маску. — Надену их.

— Нет. Вообще оденься, как мальчик. Камеры там две, справа и слева. Направлены так, что, если будешь в кепке и опустишь голову, лица не будет видно, но лучше заходить уже в маске.

Дарина шумно сглотнула слюну, кивнула и сказала:

— Значит, если в отделении спросят, я студентка-практикантка, так?

— Так.

— Ага. Поеду, когда ты напишешь сообщение «целую». Такси вызову к соседнему кварталу. Блин, стремно-то как! Чувствую себя преступницей. А если что-то пойдет не так?

— К Юле ходит много посетителей по работе. Одним больше, одним меньше. В базе тебя нет, даже если за ней следят, еще один посетитель вопросов не вызовет…

Вспомнился милиционер у двери, который может реагировать на студентов. Черт, с ним надо что-то делать! Если просто прийти на свидание не получится, включу лучшего гипнотизера, и хрен с ним, с откатом! Я дома, закроюсь в комнате, перетерплю.

— Попрошу ее, чтобы сказала — родственница приходила, — продолжил я.

Дарина задумалась. Отошла к зеркалу, собрала волосы в хвост.

— Погоди-ка, переоденусь в мальчика, а ты посмотришь.

Девушка метнулась в спальню, захлопали дверцы шкафов, и через пять минут она вышла в черной мешковатой футболке с красноглазым пауком, в мешковатых же тактических штанах хаки. Надела камуфляжную кепку, натянула по самые брови и пробасила:

— Ну, как?

Вот теперь она и правда походила на мальчика-подростка, ее открытые мускулистые руки это подчеркивали.

— У меня есть татухи переводные, вот сюда наклею, — она указала на дельтовидную мышцу.

Я еще раз проинструктировал ее, как прятать мысли, напомнил, что она почувствует, если Семерка попытается прочесть мысли и выяснить, кто она.

— Поняла. Бросать все и уходить… Вот только это будет сложно.