Ненаглядная жена его светлости (СИ)

Значит, весь последний месяц они старались впустую! Может быть,  он чем-то болен? Поэтому и ребёнок не получается, и близость с любимой женщиной,  один раз вспыхнув сногсшибательным фейерверком, больше не приносит удовольствия..."

"«Рист, в спальню иду как на нелюбимую работу, –проворчал Арман себе под нос. –Неужели ведьма Вилье меня на самом деле чем-то опоила?  Как жаль, что мой дар  не универсален!»

– Толье, пригласите гера Ханца, – распорядился Арман.

Лекарь появился через полчаса, внимательно выслушал его светлость, затем провёл осмотр и развёл руками.

– Милорд, вы совершенно здоровы! Во всех смыслах, впрочем, я в этом и не сомневался.  Можно взять  у вас кровь и слюну, проверить у себя в лаборатории на наличие посторонних снадобий, но я уверен, что ничего не обнаружу.

– Почему тогда интимные отношения больше не приносят  мне радость? И почему женщина до сих пор не понесла? Хоть и без удовольствия, но я регулярно продолжаю...сеять.

– Полагаю, речь о леди Адель? – после секундной паузы произнёс лекарь.

Герцог кивнул.

– Чтобы разобраться, нужно осмотреть и её тоже. Причина может  находиться не в вас, а в ней.

– Я приглашу леди сюда, в кабинет.

Графиня смущалась и нервничала, но позволила лекарю себя осмотреть.

– Леди, скажите, вы предохранялись, когда жили с мужем?

– Нет.

– Сколько лет длился ваш брак?

– Два года.

– И за это время вы ни разу не были беременны?

– Нет. Всевидящий не дал нам с Анри дитя, – женщина вздохнула и опустила голову.

Арман поморщился – упоминание о брате  до сих пор резало по живому.

И его нелепая смерть, и последующее решение короля, из-за которого ему и приходится работать над бастардом.

Возможно, всё дело в том, что внутренне ни он, ни Адель  не хотят ребёнка?  Вернее, хотят, но рождённого в браке.

Ему стоило большого труда уговорить любимую на этот шаг, и если бы не угроза попасть в руки кузена, Адель никогда бы на это не пошла.

Бастардам, даже признанным, в жизни приходится несладко. Наследником рода ему никогда не стать, как и не получить титул выше баронского. И то – по особой милости его величества. А у него, Армана, есть весьма веские подозрения, что король не станет поощрять бастарда герцога Д’Аламос.

Если это будет мальчик, то за него никогда не отдадут  девушку из хорошей семьи.  А если девочка, то ей не светит хорошая партия.