На крутом вираже

Крячко видел состояние друга и ни о чем его не спрашивал. Он знал, что сейчас тот ему ничего не скажет – его голова занята делами, которые необходимо сделать немедленно. Все объяснения последуют позже.

Когда они приехали в управление, Гуров сел писать представление в прокуратуру и в суд, чтобы получить постановление на арест Сидорова. А Крячко он велел как можно скорее связаться с майором Глуховым и передать ему, чтобы он сосредоточил все внимание на поиске тайных счетов Бориса Сидорова. Когда Крячко передал Глухову это распоряжение, Гуров, не отрываясь от работы, сказал:

– Сейчас закончу писать представление, и поедем с тобой в суд – получать разрешение на арест.

– А ты мне не расскажешь, как все-таки разворачивались события в этом деле? – спросил Крячко. – Хочется, знаешь, видеть всю картину.

– Нет, сейчас не расскажу, – ответил Лев, – работы слишком много. Но обещаю, уже сегодня вечером ты все будешь знать. Увидишь всю картину, как ты выразился.

Тут у него снова зазвонил телефон. Это опять был лейтенант Удальцов.

– Да, лейтенант, в чем дело? – спросил Гуров, не отрываясь от клавиатуры. – Что у тебя стряслось?

– Тут и правда стряслось, товарищ полковник! – воскликнул Удальцов. Он говорил громко, почти кричал в трубку, так что даже Крячко слышал каждое слово.

– Да что такое?

– Сидоров сбежал! Его нет на рабочем месте! Секретарша говорит, он ушел еще час назад и не сказал куда.

– Может, он министра предупредил, что куда-то отправляется? А может, и сам министр послал его на какое-нибудь совещание? Ты узнай!

– Я уже узнавал! Нет у них никакого совещания, и Толдоев Сидорова никуда не посылал.

Гуров тут же оторвался от клавиатуры, вскочил с места и коротко бросил Крячко:

– Давай на выход!

А Удальцову отдал такое распоряжение:"

"– Поговори со всеми сослуживцами Сидорова.

– Что, будем проводить обыск? – спросил Стас.