Мымра! (СИ)

У самой двери меня схватила поперек живота крепкая рука, выбив весь воздух, и все завертелось перед глазами, когда Егор наглым образом закинул меня на свое плечо. Я завизжала, застучала кулачками по его спине, за что получила увесистый шлепок по попке. Рука ощутимо приложилась к моей пятой точке и потом нежно погладила. Вот ведь гад какой!

— Вам помочь? — встревожено спросил какой-то мужчина, когда меня проносили мимо него, словно ковер.

— Ролевые игры, — огрызнулся Егор и потащил меня дальше. Мужчина хохотнул нам вслед, а я тяжко вздохнула, повиснув головой вниз.

На улице Егор остановился, и так как я не видела, что там впереди, пришлось приподнять голову, чтобы посмотреть по сторонам.

— Может, отпустишь меня, — буркнула я, — Холодно вообще-то и у меня шуба в гардеробе осталась.

— Лежать! — рявкнул Егор и пошел снова к дверям во дворец, понятно, значит умирать я буду долго. Моя сумочка болталась на одной руке, и Егор повернул меня лицом к удивленной гардеробщице.

— Пожалуйста, — засмеялась та, и меня снова понесли на выход.

— Егор, уже не смешно. Поставь меня, — взмолилась я.

— Нет, — был короткий ответ и вскоре он закинул меня в черный лимузин, сам залезая следом.

— Я... — попыталась начать разговор.

— Лучше молчи, — пригрозил он мне, и я замолчала, разглядывая его сердитое лицо, сведенные крепко губы и внезапно протянула руку, касаясь этих губ, словно стирая с них гнев.

— Дома поговорим, — ответил он почти нежно, сжимая мою ладошку и поднося к своим губам, целуя пальчики, отчего я просто улетела. Его губы такие теплые, мягкие, а ласка, казалась слишком интимной и в то же время невинной. Егор провел губами выше моей перчатки, по локтю и целуя плечо.

— Если не хочешь начать здесь, то не трогай меня, — глухо сказал он, и я отстранилась, стараясь смотреть в окно.

— Как ты могла? — вдруг сказал Егор, каким-то обиженным тоном.

— Что? — удивилась я, не понимая о чем разговор.

— Столько времени водить меня за нос, а сама... — продолжил шеф, — Я же к тебе со всей душой.

— Да в чем дело? — уже заволновалась я.

— Я относился к тебе, как к какому-то божеству, я желал тебя, мечтал о тебе, — продолжал сокрушаться шеф, а мне даже стало интересно, я заслушалась.