Мой идеальный смерч. Дилогия

 – Поняла?

– В смысле?? На первой же открытие будет! А вторая позже откроется, – удивилась я, глядя на большой плотный, но очень веселый поток людей самых разных возрастов, который за забором, по чьему периметру стояли бойцы ОМОНа, стремился куда-то влево, видимо к Сцене N 1, где должно было состояться открытие феста.

– Мальчишки и Дэн встретятся именно около второй! Иди туда. Ладно, давай, мы ждем тебя, доченька!

– Хорошо! Я сейчас буду! – выкрикнула я.

Ко мне в это время подошла Катя со своим парнем. Фигура у него была классная, хотя одет он был просто: в худи, на котором висел пропуск светло-золотистого цвета, и в обычные джинсы с черными кроссовками.

– Маша, прости, что мы чуть-чуть задержались, – мило улыбнулась мне Катя.

– Да ничего! Привет, – поздоровалась я с парнем."

"– Привет. Это тебе, с ним можешь ходить, куда угодно, только не снимай до окончания, – сразу же сказал он, протягивая мне золотого цвета браслет. Проверяющие меняли билеты именно на такие вот браслеты, которые в зависимости от их стоимости могли быть сапфировыми, серебряными или золотыми и имели определенные привилегии, а также позволяли свободно выходить с территории фестиваля и возвращаться обратно.

У Кати на руке уже виднелся такой же браслет, тоже золотой, который, кстати говоря, выдавался только на ВИП-входе по особенным билетам, очень недешевым, надо сказать. А прикольно, когда у тебя парень такой и с такими возможностями!

– Спасибо тебе большое! – ловко натянула я браслет на руку, подумав, что мне жутко повезло, а ее друг красивым негромким голосом продолжал:

– Катя сказала, что тебе нужно в какое-то определенное место на фесте.

– Ага. Мне срочно нужно ко второй сцене. А я тут запуталась, – беспомощно поглядела я на огромное количество людей, машин, возвышающиеся неподалеку трибуны Сцены N 1 и на пока еще едва заметный отсюда палаточный городок.

Да, мне очень нужно увидеть моего Дэнку! И я боюсь не успеть!

– Отлично. Вторая сцена недалеко. Я доведу, – чуть улыбнулся он мне, не отпуская руки своей Кати, словно не видел ее года три или четыре.