Месть на десерт (СИ)

А если меня – бросается на защиту.

Он, значит, ее гнобит… Мудила.

– Мама тебя очень любит, – говорю я.

– Да… И что мне делать?

– Рассказывай.

– Он ей изменяет, – она произносит это совершенно по-взрослому.

Серьезно, уверенно, без тени сомнения.

– Есть доказательства, факты?

– Я их видела.

Капец…

– Что именно?

– Они целовались в машине. На парковке.

– Трешак, конечно. Но, может, это просто был типа… дружеский поцелуй?

– Он к ней ездит. Домой. Думаешь, они там дружески целуются?

Капец… Я думаю, что девочке вообще не нужно думать о таком.

– Я не знаю, как сказать маме… И не представляю, как не говорить. А вдруг она знает? Взрослая жизнь такая мерзкая… Что мне делать?

И столько растерянности в этом вопросе. Столько недетской боли…

– Ничего не делай, – твердо произношу я. – Я все решу.

– Вы?

– Я.

– А вы… кто?

– Я Бэтмен, – бурчу я.

– Очень смешно.

Она не выдерживает и улыбается.

– Как твою маму зовут? Аня?

– Да…

– Она в ателье работает, – утвердительно произношу я.

– Да! Откуда вы знаете?

– А мы с ней соседи.

– И отца моего знаете?

– Нет. С ним познакомиться не довелось. Пока. Не ссы, принцесса. Я все решу.

– Как?

Это я себе говорю. Потому что моя главная эмоция сейчас – набить удоду хлебальник.– Не знаю. Есть варианты. Но мне пока что ни один не нравится. Буду думать. Такие вещи не решаются сгоряча, на эмоциях.

– А мне что делать? – не может успокоится Алиса.

– Просто выбрось все это из головы. Занимайся своими делами.

– Еще скажите, что все будет хорошо.

– Не скажу. Хорошо не будет. Будет хреново. Причем всем. Но – недолго.

– Недолго?

– Ну вот смотри. Ты когда-нибудь раньше разбивала коленки?

– Конечно.

– Зажили?

– Ну естественно, – кисло кивает она.

Уже понимая, куда я клоню.

– И это заживет. Жизнь долгая.

– А вам зачем все это надо?

– Я же тебе объяснил: я Бэтмен.

– А плащ есть?

– Канеш, – небрежно отвечаю я.

И широким жестом поправляю воображаемый плащ.

Она смеется. Эмоциональное торнадо…

* * *

– Пойдем, кофе выпьем, – говорю я Ане.

– Я…

– Замужем, я знаю.

Беру ее за руку и веду в кофейню. Усаживаю за столик. Заказываю два капучино. Смотрю на нее.

Знает? Не знает?

Вполне вероятно, что догадывается. И прячет голову в песок, как страус, боясь перемен. Она могла так делать, пока тайное было тайным. Но теперь, когда дочь в курсе… Анюта, придется тебе вытащить голову из ж..