Личный аптекарь императора

Чай попьёт, и легче станет, — она погладила мужа по плечу.

У меня нет лекарских способностей, но даже я понимаю — если не оказать помощь, человек умрёт. Судя по тому, что я уже успел увидеть, это обычная лавка чая и специй, а не специальный лекарско-алхимический пункт.

— Светлана, ромашковый чай тут не поможет. Нужен артефакт для лечения сердца. Давайте я лекарей вызову. Расплатитесь со временем, — продолжал уговаривать дед.

— Григорий Афанасьевич, мы с такими тратами скоро без крыши над головой останемся, — женщина всхлипнула, но сдержалась и не зарыдала.

М-да, упрямая мадам. А мужику всё хуже — он уже пошатывается. Похоже, в этом мире целители дорого стоят, раз даже при таких проблемах к ним не обращаются. Ну что ж, попробую помочь, хотя без маны будет непросто. Попадалась мне в одной из коробок трава, которая сердцу поможет.

— Я могу приготовить сердечный отвар! — подал я голос.

Все трое с удивлением уставились на меня.

— Что ты там ещё придумал? — процедил старик сквозь зубы.

— В лавке есть все необходимые ингредиенты. Справлюсь за несколько минут, — продолжал я, игнорируя ошарашенный взгляд деда.

Он явно хотел разразиться гневной тирадой, но свидетели сдерживали его пыл. Я же смотрел на женщину, ожидая ответа.

— Да-да, пожалуйста, приготовь, — с надеждой проговорила она.

Пока дед устраивал больного на лавке у окна, я быстро нашёл все необходимые травы и смешал их.

— Ты что удумал? С каких пор ты отварами начал заниматься? — прошипел дед, когда вернулся ко мне.

— Не важно, — отмахнулся я. — Главное, что ты сможешь больше заработать на отваре, чем на ромашковом чае.

Это объяснение немного утихомирило разгневанного старика, хотя его подозрительность никуда не исчезла. Он быстро ополоснул чайник и принёс ещё воды. Я подогрел отвар до нужной температуры, дал пару минут травам настояться и перелил в чистую кружку.

Пока женщина поила мужа отваром, старик ткнул меня пальцем в бок и раздраженно прошептал:

— Признавайся, Шурик, опять в отцовские дневники залез? А я ведь запрещал тебе их открывать.

— Никуда я не лез, — возмутился я тихо, но его слова заставили меня задуматься.

Что это за дневники такие, и почему их запрещено открывать? Похоже, в этом мире нужно быть очень осторожным с алхимией.