Контрабандистка с красным дипломом

По его красивому лицу стекал пот, его заметно трясло. Казалось, каждое движение дается ему невероятными усилиями. И сейчас мой напарник пытался спрятать меня за себя.

– Не стоит, сакали. Только себе больнее сделаешь, – подошедший мужчина с совершенно холодным лицом дернул меня за руку, отрывая от Далама. Мой друг сопротивлялся, все еще пытаясь вытолкать меня, то ли себе за спину, то ли и вовсе из этой комнаты. Но его сил явно было недостаточно. Меня снова сильно дернули и вырвали из его рук. Далам злобно оскалился, но сделать больше ничего не смог.

Мужчина с холодными мертвыми глазами мерзко хохотнул. Приблизив к себе, он хищно оскалился, разглядывая мое лицо."

"– Красивая земляночка. Ты ведь земляночка? Ну конечно, большие глазки, вкусный ротик, – его рука гладила мои скулы.

Он в принципе не ждал, что я заговорю с ним. Рассматривал, будто я какая-то интересная игрушка, которая случайно попала ему в руки.

– Отпусти нас. За нее дорого заплатят, хрон, – голос Далама надрывно дрожал.

Он говорил с такой натугой, словно слова кто-то выдирал из его горла.

– Заплатят? И кто же за тебя заплатит, земляночка? Любовник? – сделал предположение он, а затем ткнулся носом в ямочку между ключицами на моей шее.

Я попыталась отшатнуться, но поняла, что не могу ни двигаться, ни говорить. Ничего не могу, только дышать да глазами водить в разные стороны. А этот хрон натужно вдыхал мой запах, хрипя.

– Да, от тебя пахнет хозяином. Одним из нас, – прошипел он.

Но на этом весь ужас соприкосновения телами с этим мужчиной не закончился.

– Чистая, не тронутая, вкусная.

Я снова уставилась на сцену, меня трясло, всю сонливость как рукой сняло.

Меня колотило от омерзения и хотелось, безумно хотелось, поднять руку и рукавом стереть противный мокрый след его полизываний.

– Ну, куда же ты смотришь, мояша? Не надо, наша Виола не любит лишнего внимания.