Камень. Книга 4

Если дядька, такое ощущение, был рад от меня избавиться, то вот Годун с Литвиненко искренне жалели о моем отлете:

— Алексей Александрович, цены тебе нет в операциях с моей спецификой. — сокрушался Дмитрий Олегович. — Только и остается пользоваться помощью посторонних специалистов. — он с улыбкой пихнул в бок Литвиненко. — А работы предстоит очень много. Я себе даже одно из силовых подразделений Канцелярии из Москвы выписал, завтра должны прибыть, орлики.

— Рад бы помочь, Дмитрий Олегович, да учеба проклятая не отпускает.

— развел я руками. — И так две недели пропустил. И не прибедняйтесь, я уверен, с работой вы справитесь. Недаром вас сюда, на самое острие, кинули. Да и Николай Николаевич вас не оставит в случае чего. На него тоже можно положиться. Закончите — настоятельно прошу к себе в гости. Не приедете, обижусь, так и знайте!

— Обязательно будем. — за двоих пообещал Литвиненко. — Здесь разгребёмся и к тебе, Камень, обязательно заглянем, хоть я и против совместных посиделок с Канцелярскими.

— и, заметив нарочито хмурый взгляд Годуна, добавил. — Для тебя, Олегович, и для Белобородова я сделаю исключение. Да и Камня нашего чистым сапогом язык назвать не поворачивается…

Дядька Григорий, как и большинство гвардейцев, летели вместе с нами в Москву, только подполковник Мехренцев с несколькими офицерами-измайловцами остался следить за свертыванием лагеря, да бетонные столбы с трупами Никпаев никто не собирался убирать — как цинично заметил вчера кто-то в Офицерском Собрании, эти столбы были гораздо нагляднее, чем обычные пограничные столбы с двуглавыми орлами.

Присутствующая Гвардия, Пограничники и Тайная канцелярия с этом утверждением молчаливо согласились.

В транспортном самолете гвардейские офицеры продолжили опохмеляться после вчерашних посиделок в Собрании захваченным из городка спиртным. Цесаревич с полковником Пожарским, впрочем, им в этом особо не препятствовали.

— Ваши Императорские Высочества! — подсел к нам веселый подполковник Пожарский.

— От своего лица и лица старшего брата приглашаю вас как-нибудь заглянуть к нам, в соседний особняк Пожарских. Лешка, наш отец будет очень рад!

— Знаю, дядька Костя. — улыбался я. — Обязательно будем. И вы с дядькой Григорием к нам заглядывайте.

— Всенепременно. — пообещал он. — И еще, племянник. Тут наши, я имею ввиду Преображенцев, уполномочили меня пригласить вас всех к нам в полк. Не побрезгуйте, молодые люди!

— Будем. — кивнули Николай с Александром.