Измена. Не возвращай нас

Понимаешь?

У меня затряслись губы. На самом деле я понимала, что Олег в какой-то степени поступал очень благородно, принимая на себя весь огонь. С другой стороны, меня.

раздражало, что мы все оказались в этой ситуации из-за того, что Олег вовремя не смог остановиться и по справедливости, да, он сейчас должен был успокаивать ‘дочь. Но мне было страшно, что она больше не вернётся ко мне.

— Не плачь, — сказал тихо Олег — Я её заберу, и все будет хорошо, давай так сделаем?

Я нервно кивнула. И он, ничего не сказав, развернулся и пошёл в коридор, стукнул по двери детской, приоткрыл дверь, крикнул Женьке о том, что они поехали.

Женя что-то ответил. Я даже не смогла разобрать, что именно. А когда вышла в коридор, Лина насупленная, уже стояла со своим рюкзаком.

— Ты ещё приедешь ко мне? — спросила я хриплым голосом, ощущая как сердце затормозило и остановилось в ожидании ответа.

26.

Варвара

Когда за Олегом и Линой закрылась дверь, я бессильно прижалась плечом к стене.

Слезы кипели на глазах, и хотелось просто забыться.

Дверь детской скрипнула, и сзади раздались тихие шаги. Женя подошёл и положил мне на плечо ладонь.

— Теть Варь, все будет хорошо, не расстраивайтесь, пожалуйста.

Я судорожно кивнула и зажала пальцами нос, чтобы унять противное свербение внутри.

— Просто мы же не все понимаем, — тяжело вздохнул Женя и, приобняв меня, развернул в сторону зала, довёл, посадил на диван, а сам медленно прошёл в кухню и снова включил чайник. — Знаете, когда мне было, наверное, лет восемь, я только так отцу нервы мотал, а ещё же тогда в школу пошёл, и мне казалось, что у нас семья какая-то неправильная, раз мать я почти не вижу все время, отец, бабушка и няня только.

И я мало того, что не понимал, я был ещё очень злым и постоянно высказывал ему о том, что зачем ты меня забрал. Лучше бы я жил с мамой. Мама, у меня лучше. Ты плохой. А как бы он плохой был, потому что не дал досмотреть мультик. Он плохой, не поехал со мной на какое-то школьное день рождение. Он плохой, раз я получил плохую оценку. Всегда отец был плохой, и только когда я стал старше, уже бабушка мне объяснила, что как бы, ну, папа этого не заслуживал. Папа забрал меня, потому что хотел, чтобы я вырос нормальным человеком, чтобы я не перебивался, не ощущал того, что у меня только женское воспитание, и какая-то такая чисто бабская стервозность в характере. Отец хотел, чтобы его сын рос мужиком, а не бабой с яйцами.