Связной

Чего не хватало на столе, так это бутылки водки, но то дело времени, вскоре она должна появиться. На Романцева, стоящего в дверях комнаты, совершенно не обращали внимания, продолжали поддразнивать друг друга и шутить. Вот Никифоров дружески хлопнул по плечу Копылова и сказал:

— Как это у тебя получается? Опять выиграл. Где ты так играть научился?

— А ты не догадываешься, где именно? — удивленно спросил Геннадий. — В немецкой разведшколе, конечно. Там ведь не только с парашютом учат прыгать.

Вновь рассмеялись, как веселой шутке.

— Радостно, значит, вам? — хмуро поинтересовался Романцев.

Все трое дружно вскочили, позабыв про разложенные на столе карты.

— А если бы на выручку Копылову явились его дружки? Что тогда? Считайте, что вы были бы уже трупами. Мне ничего не стоило убить вас по пять раз каждого. Вы даже не заметили, как я сюда вошел.

— Товарищ старший лейтенант, разрешите доложить! — заговорил Никифоров как старший группы.

— Не разрешаю! Я и так вижу, что произошло.

— Совсем не так, товарищ старший лейтенант, просто…

— Просто решили приятно провести время. Угадал? — Младший лейтенант Никифоров подавленно молчал. — Ну что ж, если вам так скучно, тогда я могу вас развеселить. Доставайте оружие. — Никифоров с Мустафиным послушно исполнили приказ. — Взведите курки… А теперь направьте стволы на Копылова. — Руки, сжимавшие пистолеты, слегка колыхнулись, а потом остановились точно на груди Геннадия.

— Гражданин начальник, — взмолился Геннадий, — как же так? Ведь ничего такого не произошло. Ну, просто посидели, поиграли в «подкидного дурака», все равно особенно делать было нечего. Чего уж так?

Выслушав его, Тимофей вновь повернулся к контрразведчикам:

— После того как пристрелите врага… при попытке к бегству, вымойте все как следует… Не люблю на полу пятна от крови.

— Так точно, товарищ старший лейтенант, — отчеканил Никифоров.

— Отойди к порогу, — приказал Романцев арестованному.

— Ну как же так, гражданин начальник, — запротестовал Геннадий, — ведь ничего…

— Отойди, или я тебя сейчас сам положу, — расстегнул Тимофей кобуру.

— Зря вы так, — подчинившись, обреченно шагнул к порогу Копылов.