Связной

Мускулы на его шее напряглись, жилы натянулись до предела и грозились лопнуть, как это случается с плохо настроенным струнным инструментом. Белобрысый взирал безучастно, вот только пальцы нервно и без особой нужды отряхивали с папиросы воображаемый пепел. Он понимающе кивнул, всем своим видом демонстрируя, что подобная процедура для него привычная: прежде чем добраться в подмосковный городок, не однажды пришлось подвергнуться подобной проверке. В карман полез без особой спешки, как сделал бы на его месте всякий фронтовик, с некоторым пренебрежением ко всякому тыловому.

Брюнет, напротив, охотно расстегнул верхнюю пуговицу накладного кармана гимнастерки и извлек из него военный билет с выпиской из госпиталя.

На первый взгляд проверяемая парочка походила на тысячи других бойцов, у которых по долгу службы приходилось проверять документы. Вот только разве что гимнастерка на них была чуток поновее, сапоги не столь разношенные, даже пилотка — не новая и не старая, но смотрелась так, будто никогда не знала пыли.

Старший лейтенант открыл военный билет белобрысого. Обложка выглядела невероятно свежо, да и сама бумага была немного иной, более качественная, что ли…

— Откуда направляетесь, товарищи? — равнодушным голосом спросил старший лейтенант, переворачивая страницу.

— В выписке из госпиталя все написано, товарищ старший лейтенант, — ответил белобрысый.

— Написано… Но мне бы хотелось услышать от вас.

— В отпуск по ранению, а через неделю в свою часть, — нахмурился сержант.

— Подлечились, стало быть, — перевернул Романцев еще одну страницу, внимательно вчитываясь в записи.

— Да, подлечились. Теперь как новенькие.

— А куда ранение получил? — посмотрел Тимофей на блондина.

— В ногу. Может, показать?

— Не нужно, — ответил старший лейтенант и положил военный билет в планшет.

— Что-нибудь не так? — встревоженно спросил белобрысый.

— Все так, товарищ Неволин, а только военный билет и выписка пусть пока у меня полежат.

— А вы, значит, товарищ Абрамов? — внимательно посмотрел Романцев на брюнета.

— Точно так, товарищ старший лейтенант.

Тимофей осторожно принялся перелистывать его военный билет.

— Уже год воюете?

— Да, с апреля сорок второго.

— И где же начинали?

— На Волховском фронте.

— При товарище Мерецкове?

— Именно так. А вы там бывали?

— Доводилось. Вот только что это у вас у обоих скрепки блестящие на военных билетах? — неожиданно спросил Романцев.