Я не твоя

- Так, мамочка, смотрим, кто это?

- Мое счастье…

- Кто, девочка, мальчик?

- Де-девочка!!!

- Отлично! Пальчики считаем, все на месте?

- Да!

Считаю, что мне дико повезло, потому что и акушерка, и доктор в этой клинике были русскими! До этого я наблюдалась у доктора, которая тоже говорила по-русски – ее мама приехала на Кипр в начале девяностых, вышла замуж. Но вот в том госпитале, в котором я должна была рожать русскоговорящих не было совсем.

А тут – такая удача! И сам мистер Константинидес тоже говорил по-русски!

Мне хотелось расспросить о нем, но…

Врач ушла, а через некоторое время он сам в белом халате вошел в мою палату.

- Ну, привет, как ты, солнышко?

Честно говоря, я опешила от такой беспардонности, но, естественно в моей ситуации говорить ему о том, что он ведет себя бесцеремонно было как-то не «айс».

- Нормально. – я на самом деле была нормально, и акушерка подтвердила. Схватки были не сильно болезненные, но промежуток между ними сокращался довольно быстро.

Я уже два часа провела в клинике, мне принесли огромный мяч, показали, как на нем сидеть, чтобы уменьшить боли.

Я позвонила маме – она разволновалась, хотела бросить все и ехать ко мне, но я ее отговорила – смысл? Я не уверена была, что ее пустят сюда, а она на работе, сидит с малышами Громовых.

- Значит, ты у нас Зоя. Красивое имя. Главное – редкое.

Я улыбнулась – знакомая фраза, мне часто говорили, что имя редкое. А мы с мамой смеялись, вспоминая главный новогодний фильм…

Я смотрела на него и молчала, не зная, что сказать.

- А я Петрос. По-русски – Петр.

- Очень…приятно, - схватка подступила, и я задышала тяжело.

- Может, массаж?

- Что? – я вспыхнула, - нет, спасибо.

- Правда, он хорошо помогает.

Он двинулся ко мне, а я вдруг испугалась, вспомнив, как он держал меня на руках…

- Не надо! Пожалуйста!

- Не бойся, у меня есть специальное образование, считай, что я врач.

- Но вы не врач! – не может он быть гинекологом! Только не это!

- По первому образованию – врач терапевт.

- Пожалуйста… не нужно.

- Хорошо, прости Светлячок…

Наверное, я сильно побледнела, потому что он подскочил ко мне и схватил руку, проверяя пульс.

- Что случилось? Что?

Я не могла ответить.

Мама больше не звала меня Светлячком."

"Это прозвище тоже стало своеобразным табу. Оно как машина времени выбрасывало меня в те дни, когда я была сначала очень счастлива, а потом очень несчастна.