Я не твоя

Ты тут останешься как минимум на три дня, нужно понаблюдать и за тобой, и за девочкой. Я обязательно зайду завтра, хорошо?

- Да, Петрос, спасибо вам за все.

- Вам? Я надеялся, мы перешли на «ты»? Позволишь?

Он берет мою руку и подносит к своим губам.

- Ты очень красивая, особенно, когда смущаешься…

Нет, я не буду вспоминать. Не буду! Но подлая память сразу возвращает меня в тот вечер, когда мы с Тамерланом спасали Илика…Вернее, спасала я. Ильяса спасла, а вот себя...

Тамерлан тогда сказал, что я красивая, когда смущаюсь.

Мне хочется встряхнуть головой, чтобы прогнать мысли...

- Я приду завтра. Что тебе принести? - Петрос все езе рядом.

- Ничего не нужно, спасибо.

- Совсем ничего? Я помню, что кормящим не все можно. Поищу, чем бы тебя порадовать.

- Приходи без подарка. Просто так… - Я это сказала?

Я, наверное, сошла с ума. Но…Когда он рядом мне почему-то очень спокойно.

Наверное потому, что в самый тревожный для женщины момент он был рядом и помогал.

Он так и не выпускает мою руку, и не встает, мы просто смотрим друг на друга.

В этот момент открывается дверь:

- Зоя! Девочка моя!

- Мама!

Глава 24.

- Привет, как сегодня настроение у моей принцессы?

Моей дочурке уже три месяца. И все эти три месяца он рядом.

Петрос.

Мама называет его Петька, и они удивительным образом спелись. Я даже ворчу на мою родительницу, говоря, что не очень понимаю, она решила променять дочь на сына?

Мне, порой жаль, что Петрос молодой. В том смысле, что они с мамой были бы идеальной парой!

И я не ревную.

Только не к маме!

Если только совсем чуть-чуть…

Да, я поняла это однажды.

Мы были на пикнике. Петрос вывез нас в Протарас – этот городок, или, скорее большой поселок, считался именно детским курортом. Море не сильно глубокое, золотой песочек, хорошие пляжи. У Петроса была вилла на набережной, между Протарасом и Пернерой. Я уже выучила почти все местные поселочки.

Я прогуливалась с коляской по променаду, подставляя лицо уже жаркому майскому солнышку.

Петрос готовил сувлу – так киприоты называют шашлык. У него был такой интересный мангал, с вращающимися шампурами. Мама стояла рядом с ним – наблюдала за процессом. Потом они вместе накрывали на стол, резали салат, болтали, смеялись – в общем, полное единение душ! Он даже обнимал ее и целовал в щечку…

Тогда я первый раз, наверное, почувствовала неприятный укол в сердце.

Позавидовала маме.

Что она может вот так вот запросто с ним общаться.