Грязная тайна

Сам чиновник никак не пострадал и отделался лёгким испугом, но был признателен, когда я остановился и предложил подкинуть его до дворца культуры.

— То, что мы имеем, — мы уже имеем, поэтому оно нам неинтересно, — спокойно поясняю.

— А когда насытишься и удовлетворишь все свои потребности без остатка? То что?

— Это невозможно, Николай Иванович. Мы постоянно испытываем чувство неудовлетворенности.

— И чем тебя не устраивает стабильность, Михал Андреевич? — не унимается Карасев.

— Периодический выход из зоны комфорта очень полезен.

— Я занимаю свою должность более десяти лет подряд, — недовольно фыркает губернатор. — Вроде пока не деградировал.

Я бы поспорил, но не стану. Не в моих интересах.

— Не деградировали, Николай Иванович.

— Те, кто постоянно действует и не сидит на месте — как по мне, похожи на безумцев.

— Во всем необходим баланс.

— С этим согласен. Так кто же займет твоё удобное кресло, Басаргин?

— Это пока не решенный вопрос.

— Хорошо, спрошу по-другому — кого ты подашь на свою должность? Учти, я терпеть не могу кумовства.

— Я вас познакомлю, но чуть позже."

"Для этого и еду на ебучий утренник. Так вышло, что должность в столице досталась мне не за красивые глаза. С небольшим условием, чтобы я посодействовал и помог устроить на своё место одного конкретного человека.

Карасев утверждает, что не приемлет кумовства, но это чушь полнейшая.

Мы подъезжаем к двухэтажному старинному зданию с высокими белыми колонами, опоздав на пять минут. Договариваемся с Карасевым детальнее обсудить список кандидатур уже в ресторане, куда все отправятся после официального концерта.

Выходим на улицу, торопливым шагом направляемся в зал.

Как и обещала Катя — наши места находятся в первом ряду. Одно слева — все ещё свободное.

— Ты на него не дави, — предупреждает Катерина. — Папа говорил, что Николай Иванович довольно гибкий, если найти к нему подход.

— Я вроде не давил.

— Мне так показалось. Немного.

Катя поглаживает меня по руке и слегка улыбается.

— Весь напряженный, Миш.