Грязная тайна

И все равно сделать покорной и послушной!

— Естественно! А потом найти новую, — соглашается с мамой сестра.

Я резко поднимаюсь с места, когда понимаю, что разговор уходит в иное русло. Невыносимо слушать всё это. Молчать, скрывать. Понимать, что, возможно, это всё о тебе.

— Ты куда, Алис? А пицца? — удивляется мама.

— Я не голодная. Вспомнила, что пожилая соседка сверху просила купить хлеб.

— Ну ты, как всегда, сама доброта, — улыбается Катя. — Не успела переехать — уже помогаешь бабушкам.

Махнув на прощание рукой и не придумав ничего внятного в слова поддержки сестры, я быстро надеваю куртку и кроссовки.

"Входная дверь открывается, приходит папа. Он жутко расстраивается, что я уже уезжаю, толком не успев с ним поговорить. Обещаю, что посреди недели приеду. И, быть может, тоже останусь на ночь.

Мама запихивает горячую пиццу, упакованную в одноразовый контейнер, мне в рюкзак. Сетует на то, что, живя без присмотра, я прилично исхудала. Даже брюки на бёдрах болтаются.

Кое-как оказавшись на улице, я наконец перевожу дыхание.

Голова гудит от обилия информации, внутренности разъедает кислотой от осознания того, что я натворила. Семья мне этого никогда не простит, если узнает правду.

Добравшись до остановки и сев в нужный автобус, я слышу звонок мобильного телефона. Достаю его из кармана, смотрю на экран. Щёки горят, в висках громко пульсирует. На экране светится номер Медведя. Я не успела его подписать, но запомнила на память.

Решительно отбиваю вызов, прикрываю глаза. Опираюсь о холодное, покрытое капельками влаги, стекло. Спустя короткое время заношу номер Басаргина в чёрный список. Так будет лучше для всех нас.

Глава 38

***— Хватит с меня! Хватит этих токсичных отношений с Димой, — жалуется на репетиции Ляля. — Вчера у нас был год отношений. Целых триста шестьдесят пять дней, как мы вместе! Думаешь, он что-то подарил? Зажал денег на одну-единственную розу!

— Может, просто забыл?

— Нет, эта версия мимо.

— Дорогая, тебе не нужны такие отношения… — напеваю знакомые мотивы.

Наш разговор прерывает Алла Константиновна. Громко хлопает в ладоши, включает музыку. Она раздражена и злится, что не все появляются на репетициях. С тех пор как их перенесли на вечернее время, в коллективе происходит настоящий хаос.