Выкупленная родная семья

Он приглашал нас порой на день рождения, пару раз на открытие каких-то сетей. Иногда Иван ездил в его компании на чисто мужское времяпровождение — рыбалку на яхте, в банный комплекс. Когда мог, к ним присоединялся мой брат.　

Но хоть Мирон по-прежнему считался их лучшим другом, частота таких встреч неуклонно снижалась. Красильников не сидит на одном месте — ездит на Север, где у него есть разработки, много времени проводит за границей.　

Так что сложить мнение о нем уже взрослом шансов у меня было маловато.

Мама все время советовала брату с ним не общаться. Успокоилась немного, только когда Мирон разбогател. Папа тоже смотрел на Красильникова с подозрением, да и я всегда его сторонилась. Может, наслушавшись родителей…　

— Мирон Алексеевич много помогает приютским ребятишкам, — Марина решается завести новый диалог.

Я, кстати, слышала про этот факт еще давно, до брака с Ваней. Мама, помню, только с сомнением поджимала губы.　

— Им повезло, — что мне еще сказать…　

— Да! — домработница подходит к столу. — Тот интернат, где он сам учился, его подшефный.　

Старшие классы Красильников провел в интернате. Это был единственный факт, который моя мама приводила в пример брату. Правда, в негативном ключе. Говорила, что Макс не ценит их стараний и не учится.

Сейчас я с сочувствием отношусь к детству Красильникова. А когда сама была подростком, его интернатное прошлое меня пугало. Я слышала про жесткие условия там, драки. И думала после — Мирон в каком-то смысле отмороженный. Ну, может, не до такой степени… В общем, считала, что лучше его не задевать.　

— Мирон — молодец, — говорю Марине и прихожу к окончательному выводу, что отца своего ребенка я толком не знаю.

Хоть мы и знакомы много лет.　

— Да! Да! — кивает Марина и переводит тему. — Тут в поселке очень хорошо с малышом гулять. Территория полностью закрыта, везде камеры. На въезде охрана с пультом. У одних тут мальчишка лет семи вышел за ворота, да между домами заблудился. Стоит, ревет. Мужики его махом увидели и домой проводили.　

Марина смеется, а моя радио-няня начинает покряхтывать. Несколько секунд, и она заходится криком.