Девочка Джокера. Бонус

Сердце разбежалось и прыгнуло в пятки.

Он вернулся.

Я притаилась у стены, когда пространство вокруг наполнилось мягким светом. И стояла до тех пор, пока шаги мужа не раздались на лестнице. Поддаваясь необъяснимому порыву, я тут же вернулась в детскую, а там через маленькую щелку стала наблюдать за тем, что происходит в коридоре. Когда увидела крепкую фигуру Олега в деловом костюме, внутри что-то неприятно стянулось. Таким далеким он сейчас казался и… чужим.

Муж даже не обернулся в сторону спальни. Сразу направился в кабинет и скрылся за дверью.

Только затем я вышла из комнаты, пропуская внутри противоречивое чувство. Вроде бы должна радоваться, что он вернулся, но отчего-то тяжесть в груди стала гораздо ощутимее.

Что успел натворить за это время? Какие выводы сделать?…

Неожиданно внутри меня молнией раскатился гнев. Гнев на саму себя за трусость и ребячество! Сколько можно бегать от проблем?! Пора было ломать собственную систему и его привычное отношение к происходящему.

С этим заряжающим намерением я и двинулась к кабинету, ступая по мягкому ковролину на ватных ногах.

Я не стала стучать. Осторожно повернула ручку и, не давая себе времени на сомнения, толкнула массивную дверь. В помещении царил приглушенный свет. Олег сидел в кресле. На подлокотнике покоился бокал с темной жидкостью.

Когда же его взгляд сосредоточился на мне – колючие мурашки разошлись по коже. Но я проигнорировала это. Выдержала его взгляд и приблизилась. Робко коснулась руки подушечками пальцев, пытаясь ощутить настроение и распознать полюс. Но муж никак не отреагировал. Но как ни странно, на это очень остро отреагировала я…

– Давай поговорим, – сказала я тихо, но уверенно.

Олег устало прикрыл веки и едва заметно поджал губы.

– Сейчас не самое время для разговоров, – отозвался он непреклонно.

Я с закравшимся негодованием уставилась на мужа.

– А когда… Олег? – спросила почти отчаянно.

Его ноздри расширились от резкого потока воздуха, а затем тяжелый взгляд зеленых глаз замер на мне. Но меня уже прямо колотило изнутри от запала.

– Дело ведь не в нем, – произнесла я, сжимая зубы от нервного напряжения. – Дело в нас.