Дерзкие надежды Карабаса-Барабаса

– В особенности он хорош в сопровождении куска селедки с луком, – хихикнула Мака и глянула на Куку.

Та с готовностью засмеялась.

– Рыбка подо все идет, – не стал спорить Котлов. – Вава, пришел с предложением весьма выгодного обмена. Отдам тебе Ларису, живи с ней счастливо, а ты мне взамен вручишь Александру.

– Сережа, – остановила оратора Кука, – зачем Ваве, молодому, прекрасному отцу восхитительной дочери, умному человеку, твоя старая, злая и неумная жена? Что он с ней делать станет?

– Ты, как всегда, не дала мне договорить! – вскипел Сергей Васильевич.

"– Наверное, ты с Ларой зимой без проблем гуляешь по улице, – предположила Мака, – только она впереди тебя шагает.

– Почему? – удивился Котлов.

– Потому что из твоей супруги песок сыпется, ты не поскользнешься, – объяснила Кука.

Я по-прежнему не вступал в беседу – ее участникам хорошо и без меня.

– Лариса мне не законная жена, – попытался отбить атаку Сергей Васильевич, – живем просто так! Вава, пришел свататься. Готов сию секунду отправиться в загс с Александрой.

– Я приехала первой! – взвизгнула Кука.

– Мне хорошее воспитание помешало появиться на пороге в тот момент, когда хозяин только проснулся, – отрезала Мака.

Я подавил усмешку.

– Вава! – закричала Мака.

– Ваня! – переорала ее Кука.

– Иван! Не сиди с видом утонувшего насмерть кузнечика, – высказался Котлов, – выскажись, наконец! За кого отдашь дочь?

– Давайте спросим у Александры, – предложил я и встал. – Сейчас схожу за ней, и узнаем выбор невесты.

Дверь тихо приоткрылась, в комнату вошла Саша. Я не сумел сдержать улыбку – вот был твердо уверен, она подслушивает беседу.

Глава четырнадцатая

Девочка была одета в платье в пол. Одежда мне почему-то показалась знакомой, но я никак не мог сообразить, где видел это золотисто-бежевое платье и каким образом наряд очутился у Саши. Мы с ней его не покупали. Еще поражал бюст школьницы, размер эдак пятый, не меньше. А ее юное личико походило на лик вождя воинственного африканского племени, который объявил войну всему человечеству.

– Папочка, ты меня звал? – колокольчиком прозвенела Саша.