Что я без тебя…

Но когда он стал ласкать ее груди, у Шерри сработал инстинкт самозащиты, и она, отстранившись от него, чуть ли не в панике покачала головой, хотя все так же страстно жаждала его поцелуев.

Стивен нехотя отпустил ее и убрал руки. Со смешанным чувством удивления и восторга смотрел он на эту потрясающе красивую девушку, из-за которой буквально потерял голову. Щеки горели, грудь бурно вздымалась, в широко раскрытых глазах, обрамленных темными ресницами, были стыд и желание. Она выглядела совершенно растерянной.

– Думаю, пора нам заняться чем-нибудь другим, – сказал он, приняв решение за обоих.

– Что вы собираетесь делать? – все еще дрожа, спросила она.

– Вовсе не то, что хотелось бы, – криво усмехнулся он. Стивен собирался научить ее играть в шахматы. Это было ошибкой.

Она дважды обыграла его, поскольку он никак не мог сосредоточиться на шахматах.

Глава 16

На следующий день Стивен старался не думать о ней, но когда камердинер занялся его одеждой к вечеру, поймал себя на том, что давно уже не ждал ужина с таким нетерпением, как сегодня.

Он заказал для Шерри целый гардероб у портнихи Элен и потребовал, чтобы хоть одно платье было готово к нынешнему вечеру. Портниха закатила истерику, напомнив ему, что на носу начало сезона, все мастерицы и без того работают день и ночь. Стивен любезно попросил ее сделать все возможное и невозможное, поскольку хорошо знал, в какие астрономические суммы ему обходятся заказы Элен в первоклассном салоне, и не сомневался, что портниха выполнит его просьбу, а за срочность набавит вдвое. "

"Не прошло и часа, как в дом приехали три швеи, и, хотя Стивен не надеялся, что за такой короткий срок его подопечную нарядят, как принцессу, он не мог дождаться, когда наконец увидит ее в соответствующем наряде.

Впрочем, подумал он, наклонив голову набок, чтобы бривший его камердинер мог снять пену с подбородка, на Чариз Ланкастер все приобретает какой-то особый шарм, будь то золоченый шнур от гардин или бальное платье.

И Стивен не был разочарован ни ее видом, ни проведенным с ней вечером. Она появилась в столовой, как настоящая инженю, со своими золотисто-каштановыми волосами, волнами ниспадающими на плечи и обрамляющими ее прелестное подвижное личико, в длинном, почти до пола платье из мягкого шелка цвета морской волны с глубоким вырезом каре и корсажем, подчеркивавшим пышность ее грудей и тонкую талию.