Что я без тебя…

Разве мы так уж долго встречались после того, как снова увиделись в Англии, прежде чем ты влюбился в меня?

Клейтон улыбнулся:

– Я не забыл тот вечер. Тогда ты призналась мне, что подсыпала перца в нюхательный табак своему учителю музыки.

– Насколько я помню, я рассказала тебе об этом всего через неделю или две после моего возвращения из Франции.

– Пожалуй, что так.

– Клейтон?

– Да, дорогая? – прошептал он.

– Напрасно ты думаешь, что Стивену легко будет с этим справиться. У него не было отбоя от женщин, но за все это время только Шерри сумела завоевать его сердце, не считая Эмили, и видишь, каким он стал после этого циником.

– Стоит Стивену лишь пошевелить пальцем, как десятки красивых женщин выстроятся в очередь, чтобы утешить его. И на этот раз он не станет ими пренебрегать, ибо его гордости и его сердцу нанесен удар куда более чувствительный, чем в случае с Эмили, – мрачно заявил Клейтон. – Заведет себе какую-нибудь «кошечку» и отвлечется на время.

– Ты тогда тоже так поступил? – спросила Уитни.

– Разумеется, – не колеблясь ответил он.

– Как это похоже на мужчин, – строго сказала Уитни.

Клейтон с трудом сдержал улыбку и запечатлел на ее нежных губах поцелуй.

– Вы выше этого, мадам? – спросил он, насмешливо изогнув бровь.

– Еще бы, – устроившись поудобнее, ответила она.

– В таком случае, – заметил Клейтон, перевернувшись на спину и увлекая ее за собой, – твое место – сверху.

Немного погодя, сонный и удовлетворенный, он прижался к ней и закрыл глаза, но почти тотчас открыл их, когда она окликнула его:

– Клейтон?

Что-то в ее тоне заставило его насторожиться.

– Ты заметил, что Чарити Торнтон была вся в слезах, оттого что Шеридан Бромлей не вернулась? – Так и не дождавшись ответа, она снова спросила: – Так ты заметил?

– Да, – ответил он осторожно. – А почему ты спрашиваешь?

– Понимаешь, она сказала мне, что, став дуэньей, наконец после многих десятилетий, почувствовала себя кому-то нужной, полезной, и вид у нее при этом был такой несчастный.

– Да, мы оба это слышали, Стивен и я, – ответил он, еще больше насторожившись. – Видимо, она хотела сказать, что лучше бы мисс Бромлей обвела вокруг пальца кого-нибудь другого, а не ее драгоценного Стивена.

– Ну, это почти одно и то же.

– Лишь в том случае, если между глупостью и благоразумием не видеть никакой разницы.