Что я без тебя…

Затем, вздернув подбородок, бросила взгляд на женщину, которую называли мадам Ласаль, настоящего генерала в юбке, и ни с того ни с сего спросила:

– А есть у вас что-нибудь красное?

– Красное? – Мадам всплеснула руками и выпучила глаза. – Красное?! Нет, нет, мадемуазель, только не с вашими волосами!

– А мне нравится красное, – стояла на своем Шерри.

– В чем же дело? – дипломатично заметила мадам, ни на минуту не усомнившись в собственной правоте. – Можно обить красным мебель, повесить красные гардины, но самой не носить этот цвет, мадемуазель.

Шерри с трудом удержалась от улыбки, настолько витиеватой была речь француженки, и заметила, что герцогиня тоже едва не прыснула со смеху. Моментально забыв, что герцогиня только прикидывается ее другом, а на уме у нее совсем другое, Шерри обратилась к ней:

– Значит, в красном я буду выглядеть ужасно?

– Oui![8] – воскликнула экзальтированная француженка.

– И никакие силы не заставят мадам сшить мне красное платье, как бы я ни просила? – Глаза Шерри весело блеснули.

– Скорее мадам утопится в Темзе, – шутливо сказала герцогиня.

– Ош! – хором воскликнули швеи, и несколько минут в комнате звенел веселый смех восьми женщин.

Уже прошло несколько часов, но Шерри никак не могла уйти и стояла в сторонке, пока Уитни и мадам Ласаль вели нескончаемый разговор о модных фасонах и подходящих тканях. В какой-то момент Шерри подумала, что разговор подошел к концу, но тут они принялись обсуждать банты, тесьму, окантовку и прочие мелкие детали.

– У меня уже есть пять платьев, почти по одному на каждый день недели.

Все моментально умолкли и уставились на Шерри.

– Думаю, пяти платьев вам едва хватит на день, – с улыбкой заметила герцогиня.

«Пять раз в день менять платья? Сколько же на это уйдет времени!» – с ужасом подумала Шерри, но промолчала.

– Я не могу пять раз в день менять платья, – первой заговорила она, нарушив молчание, когда они с Уитни шли по длинному коридору. – Да и ни к чему все это…

– Очень даже к чему, – возразила Уитни с улыбкой, но Шерри не обратила на это никакого внимания.

«Что с ней? – забеспокоилась Уитни.